Шрифт:
Филипп улыбнулся.
«И не беспокойтесь обо мне. Чужаки скоро ворвутся в этот зал и нападут на меня и моих спутников, но вы не должны отвлекаться. За свою жизнь мы будем бороться сами. К тому же чем быстрее и сильнее вы ударите Дракона, тем больше шансов будет у меня и моих друзей. Все взаимосвязано. Действуйте».
«Мы поняли тебя. Мы не подведем. Мы справимся».
«Я укажу им цель, — сказала Теана. — Не отвлекайся на это, Филипп. Держи открытым канал между мыслесетью и разумом Дракона. Тебе хватит и этой работы. И учти, Дракон будет использовать все средства, чтобы защититься. В первую очередь — Арианну. Она член Единой Ложи, он управляет ею напрямую. Берегись этой стражницы».
«Спасибо, Теана, так и сделаю. Ну все, пора!»
Теана оказалась права. Едва Дракон понял, что не может избавиться от мысленного присутствия Грина, он тут же сменил тактику. Получив от Дракона прямое указание заканчивать спектакль, Арианна очнулась и выключила силовую отсечку дверей. Чужаки ворвались в тронный зал, и Филу пришлось вернуться в реальный мир. Но при этом он так и не заблокировал связь с мысленным эфиром. Расчет Дракона не оправдался. Часть сознания Грина осталась торчать несгибаемой распоркой в канале между мысленной сетью индиго и разумом повелителя чужаков.
Грин отлично понимал, что в физическом мире его бренному телу угрожает не меньшая опасность, чем в мире виртуальном, но выбирать из двух зол Филипп не спешил. Пока что он не решил, какое из них меньшее.
Ворвавшимся в зал серпиенсам теперь не мешали ни мысленные помехи, которые прежде ставили им люди-индиго, ни излучение «Пилигрима», полностью разрядившегося после стрельбы по «черной кнопке». В связи с этим шансы Филиппа, Учителя и Бори выглядели призрачными. Точнее, не выглядели вообще никак. Особенно если учесть, как рассержены серпиенсы, потерявшие по милости этой троицы половину рядовых стражников, и как разъярен возглавляющий эту свору провокатор.
Филипп усмехнулся и встал в стойку для рукопашного боя. Он точно знал, что хватит его на три секунды, не больше, но именно столько ему и требовалось продержаться. В отличие от Грина, Учитель и Боря не знали о мысленном контрударе, который готовили в эти самые мгновения люди-индиго, поэтому оба обреченно вздохнули и приняли боевые стойки чисто для проформы.
«Эх, нам бы не три, а хотя бы десять секунд форы! — мелькнула у Грина мысль. — Да где их взять?»
— Стойте! — неожиданно приказала стражникам Арианна. — Я сама уничтожу этого человека!
Она медленно вытянула руку, указывая на Грина.
Стражники послушно остановились, затем немного потолкались и выстроились, образовав плотное кольцо вокруг Арианны и троицы партизан.
— Госпожа, — сквозь кольцо протолкнулся провокатор, — разрешите вам помочь!
— Дерзкое существо, — Арианна смерила провокатора грозным взглядом. — Ты хочешь встать рядом с этими людьми?
— Нет, госпожа, я снова виноват, — провокатор склонил голову. — Я просто хотел исправить свои ошибки. Я неоднократно упускал этого человека…
— Поэтому теперь я сделаю все сама, Гюрза, — Арианна коротким движением головы приказала провокатору убраться из круга.
Филипп мысленно ликовал. Требуемые десять секунд форы ему невольно подарила сама Арианна!
«Или она сделала это намеренно? — пришла в голову Филу странная мысль. — Ведь если она хочет реально меня убить, чего тянет? Разговоры затеяла, шпиона „строит“, да и оружие активировать не спешит. Неужели Арианна подслушала наши мысленные разговоры и прониклась идеями Теаны? Верится с трудом, но какие еще могут быть объяснения такому странному поведению госпожи приора?»
Филипп поднял взгляд на Арианну. Стражница смотрела на Грина, но прочитать хоть что-то в ее глазах Филипп не сумел. Во-первых, взгляд у серпиенсов по определению не настолько выразителен, как взгляд человека, а во-вторых… Арианна вновь «зависла», как и все ее подручные, кроме провокатора.
Грин только-только собрался удивиться, но в этот момент и до него докатилась волна ментального взрыва. Это означало, что индиго нанесли удар и попали точно в цель. От удара прокатившейся по мысленному эфиру волны Филиппа едва не парализовало, настолько мощным получился взрыв.
В мыслесети и в сознании Дракона, временно связанных в единое виртуальное пространство, воцарился полнейший хаос. Миллионы голосов завопили во всю мощь от ужаса и боли, а в ответ им загрохотало нечто оглушительное, но непонятное. То ли рычание раненого зверя, то ли безумный хохот, то ли отчаянный вопль существа, низвергающегося в бездну. Или все вместе. В общем, какофония получилась еще та.
Но Филипп не заблокировал доступ в мыслесеть. Он стоически выдержал натиск ударной волны и начал делать то, что от него сейчас требовалось. Начал выводить из опасной зоны людей-индиго. Начал вылавливать мысленные оболочки контуженных взрывом, перепуганных и потому заплутавших в тумане перехода между мыслесетью и разумом Дракона людей и переводить их «на правильную сторону дороги».