Знаешь ли, понимаешь ли, помнишь ли...

Но большой кусок времени отломили. Начинался новый.

– Машенька, тебе звонил юноша, - радостно сообщила как-то вечером бабушка.
– Сказал, что Закалюкин. Но, наверное, пошутил.

Маня тихо прошла к себе в комнату, села с ногами на диван и задумалась. Нет, никто не шутил. Это такая фамилия. И вполне может стать Машиной. Да и пора: институт Маня вот-вот закончит, работа есть, квартира тоже. Даже несколько. Хотя мать с отцом собираются на старости лет разбежаться навсегда. Все равно у Инны Иванны имеется про запас маленькая, зато необычная двухэтажная квартирка под чердаком в районе Сухаревки.

А на смешные фамилии Мане везет... Видно, такая судьба.

– Закалюкин - это кто?
– осторожно спросила бабушка.

– Человек, - сказала Маша.
– Мен из толпы. Обыкновенный, но не самый плохой.

– Из какой толпы?
– перепугалась бабушка.
– Ты опять болталась по Арбату? Сколько раз я тебе говорила туда не ходить!

– Нигде я не болталась!
– отказалась Маня.
– Ни на каком Арбате! Что мне там делать? Да и некогда. А толпа...

Ее Маня придумала непонятно зачем. Все было совсем иначе. Он вошел в троллейбус и сказал, посмотрев на Машу:

– Таких раньше в каретах возили, а теперь они задом наперед ездят на городском транспорте. Этот сарай всех заберет! Какой пассаж, княжна! Обидно!..

Маня сидела сзади спиной к водителю. Она внимательно посмотрела на вошедшего: ничего особенного, довольно заурядный товарищ, и росточком не вышел. Хотя в этом вопросе с Машей равняться сложновато. Все-таки не ниже ее.

– Чем занимаетесь?
– спросил Маню любитель прошлого.

– Пишу, - коротко ответила она.

– А о чем?
– полюбопытствовал незнакомец.

– Обо всем!
– гордо заявила Маня.

– Неплохо!
– одобрил поклонник старины.
– Если обо всем, мне вполне подойдет! Ну, хоп, княжна! Осталось к двум прибавить два. Давайте знакомиться? Кто вам делал такую чудесную химию?

– Природа, - сказала пообтесавшаяся в редакции Машка.
– Старалась как для себя самой... Меня зовут просто Мария...

Почему-то ей было легко и просто рядом с неожиданным поклонником. Как раньше с Вовкой... Она нарушила строгое бабушкино заклинание ни с кем на улицах не разговаривать. И сама не понимала, зачем это сделала. Так просто, от скуки и неприкаянности. А если... Бывают же счастливые встречи на автобусных остановках. Да и вообще, почему нельзя знакомиться на перекрестках и в метро? Вдруг это перекресток именно твоей судьбы?! Не принято? А кто это принимал и можно ли ему доверять? Ведь человек, которому ты вдруг понравилась, никогда тебя больше не увидит, не найдет второй раз в огромном городе - и так просто расстаться, уйти навсегда? Да и запоминаются легче не правила, а исключения.

Недолго раздумывая, Маня дала ценителю древности свой номер телефона. Абсолютно правильный. Хотя до этого не раз обманывала цифрами приклеивающихся к ней на улицах и в метро доверчивых молодых людей, прекрасно понимая, что говорить комплименты - дело не хитрое.

Ну, хоп! Повезло тебе, господин Закалюкин!

По странному совпадению он тоже, как Саша, окончил МИФИ и работал в научно-исследовательском институте. Собирался защищаться. Маня в его дела не вникала. С одной стороны, слабо в них разбиралась, с другой - казалось неинтересным.

После прощания с Вовкой ей стало безразличным слишком многое...

6

Антон Закалюкин поначалу от Машки ничего особенного не требовал. Был терпелив, без гримас и капризов съедал ее жуткие, достойные только помойки обеды, спокойно любовался пушистыми ковриками мышиной пыли на столах и подоконниках и отправлялся на работу в несвежих рубашках. Впрочем, Маню очень скоро и легко стала подменять бабушка, еще сохранная, живая, довольно энергичная. И такая подмена вполне удовлетворила молодых супругов. Жили-то все равно вместе.

Часто приходила в гости Элечка, такая же добрая, веселая, ровная. Замуж Эля до сих пор не вышла, окончила Педагогический институт, подрабатывала маникюром и работала в училище, где завела себе мужчину. Уже не первого. Маня была в курсе всех тайн подруги.

Элечка в последнее время вела странную для Маши жизнь: отрывалась в клубах, в легкую меняла привязанности и увлечения, срочняком носилась куда-то по своим неясным, темным делам.

Добрый эльфик вырос тоже высоким, но, конечно, ниже Машки, зато с большой грудью, которую без конца любовно, ласково гладил и говорил о ней, как о своем основном, главном достоинстве и любимом предмете всех без исключения мужчин.

– Прикоснутся - и балдеют! Сразу в штопоре!
– со смехом рассказывала Элечка.
– Дальше делай с ними, что хочешь!

– Женщина, у которой все впереди, - высказался как-то Закалюкин.
– Она похожа на корову, которую забыли подоить. Извини...

– Это зло!
– возмутилась Маша.
– Как так можно о человеке?!

– Злоба здесь ни при чем, - спокойно отозвался Антон.
– Обычная констатация факта и жизненная реальность. Это правда. Абсолютная истина! Вроде той, что у твоей подруги жалкие и совсем худые туфлишки. Ты недавно отдала ей бабушкино старое пальто. Она его ловко перешила и щеголяет, словно в модном. Попробуй предложить ей свои белые туфли за полцены, они мало одеванные, ты их почти не носишь. И потом там высоковаты каблуки.