Любовь кота?.. Маша удивленно покачала головой. В комнате темнело, но отец не зажигал свет.

– На даче Омар нашел себе пассию: подзаборную гулящую драную лахудру по кличке Муська. Все поселковые коты были ее. Возвращаясь по утрам с гулянок, Муська обычно устраивалась высыпаться на нашем заборе. Омар тихо подходил, вставал на задние лапы - он вырос огромным и почти доставал до Муськи - и так стоял, охраняя ее сон. Просыпаясь, эта зараза злобно била Омара по носу и пыталась сбросить его лапы с забора. Она несколько раз сильно его царапала. Он все молча терпел и уходил домой. До следующей Муськиной ночевки на нашем заборе. Бабушка эту шалаву не выносила, гнала прочь, била, но стервозина упорно возвращалась на понравившееся ей место, а бедный кот снова стоял возле нее, любуясь и тоскуя. Это была настоящая трагедия. Муська его и близко к себе не подпускала. А ему была нужна только она...
– Отец снова замолчал.
– Неужели не помнишь? Значит, прошло мимо тебя, ничем не задев... Ну да, у тебя были велосипед, который ты для себя изобрела, такая же выдуманная Эля и вполне реальный Толя...

– И поезда...
– добавила Маша.

Отец улыбнулся.

– И поезда. Знаешь, я иногда все-таки надеюсь: а вдруг это чудовищная глупая ошибка и несправедливость, и ты - моя дочь... И не было никогда никакого Дмитрия!.. Очень хочется в это верить... А потом сам понимаешь, что все это - бред измученного сознания... Врагу не пожелаешь...

Маша молчала, уставившись в пол.

– Я не знаю, как и где они познакомились, - медленно договорил отец.
– Да и какая разница... Блокадный мальчик... Но однажды, отчаявшись, я спросил Инну об этом... И знаешь, что она мне ответила? Она сказала: "Он подал мне пальто... После пресс-конференции. И все - стены обрушились!.. Он просто подал мне пальто... Так, как никто, кроме него, делать не умеет...Ты не понимаешь..."

"Только рядом с ним я чувствовала себя настоящей женщиной..." Понимаешь ли, знаешь ли, помнишь ли... Три глагола плюс частица... И целая жизнь позади...

14

Ровно в семь Маша стояла на вокзале. Она почти не замечала ни клубящейся вокруг толпы, ни холодного позднеосеннего ветра и не слышала пронзительно-навязчивых объявлений о движении поездов. Она блаженствовала, вдыхая любимый с детства запах вагонов и рельсов, и старалась не слишком задумываться о будущем. И о прошлом тоже. Напротив на стене висели три концертных афиши: "Басков", "Носков" и "Песков". Видимо, расклейщик не страдал отсутствием чувства юмора. Или просто не читал своих бумажных агиток.

Вовка подошел неожиданно, уткнулся носом в ее волосы и прошептал:

– Прости, длиннушка, застрял в очереди тебе за билетом... У меня "сезонка"... Давно стоишь?

– Очевидно, ты вообще шел сюда пешком?
– холодно поинтересовалась Маша.
– Или в метро устроили перерыв на обед?

– Я ехал на троллейбусе. Я люблю троллейбус.

– А я не люблю долго ждать...

– Нестыковка... Это слишком не совпадает с моими желаниями и настроениями...
– пробормотал Вовка, прижимая Маню к себе.
– Я бы хотел, чтобы ты дожидалась здесь меня всю жизнь...

– И превратилась бы, в конце концов, в ледяной столб, - закончила Маша.

– Зато потом я, стараясь не разбить, отмораживал бы эту гадкую, противную, мерзкую ледышку в ванной, поливая горячей водой из душа ...
– забормотал Вовка трансовым голосом.
– Я бы тер тебя губкой до красноты, растирал мохнатыми полотенцами, я бы гладил тебя, чтобы ты отмерзла навсегда и больше никогда не грезила ледовыми монументами ...

Они оба одновременно представили себе эту картину. Маша отчаянно покраснела и попыталась вырваться из Вовкиных цепких рук. Но он держал ее крепко, не собираясь никуда отпускать, и наслаждался своими ярко-нескромными, почти реальными видениями.

Почему она раньше думала, что люди разные днем и ночью? Нет, сутки - понятие неделимое, и никто не живет двойной жизнью, делая вид, будто жизнь всего-навсего одна. Она действительно только одна. Почему Маня считала, что застегнутые днем наглухо на все пуговицы люди ночью становятся совсем другими: открытыми, свободными, с иными словами, манерами, поведением, превращаются в самих себя, в настоящих?.. Вовсе нет! Она просто принимала желаемое за действительное, она ошибалась... Человек всегда одинаков, и закрытый наглухо днем - точно такой же ночью... И наоборот... Сколько лет ей понадобилось для открытия этой простой, даже примитивной истины... Она, кажется, изобрела свой любимый велосипед. Но сложнее всего познать самое простое.

– Давай попробуем, как только приедем...
– нашептывал, словно ворожил, Вовка, безошибочно и четко разгадывая ее мысли.
– Тебе от меня так легко не избавиться... Не рассчитывай и не надейся! Лошадка необъезженная... Автономная республика. Нельзя прожить жизнь, задвинув все "молнии" и закрыв все замки. К ним рано или поздно найдутся ключи. Обязательно. Понимаешь, мышонок? А это маленькая награда и компенсация за твои ветреные муки. Сникерсни!

И Вовка сунул в Машкины ладони шоколадный батончик.

– Устраиваешь мне сладкую жизнь?
– спросила Маша.

– Пытаюсь... Маленькие радости большой страны... Почему я был раньше такой дурак? А впрочем, всему свое время... И если бы мы с тобой все сделали раньше, в те далекие времена, нам уже ничего не осталось бы на сегодня и, наверное, ничего бы не захотелось и не понадобилось... Прямая - далеко не всегда кратчайшее расстояние между двумя точками. Часто именно между ними очень трудно провести одну прямую. Поэтому "мы все начнем сначала, любимый мой... Итак..."