Колдовское кольцо подкатилось к каменной крепости рункура. Кое-как перебралось через высокие ступени и притормозило у входа. Здоровенный портал ворот, сквозь который легко проезжали конные воины, оказался маловат для Круга.

– Ну и как нам теперь?
– саркастично поинтересовался рыцарь Герт.
– Неужто скрутимся в трубочку?

Шрухан молчал, злобно поглядывая на широко распахнутые створки ворот. По его мысленной команде Круг покачнулся и с треском влепился о стену. Из маленьких бойниц над воротами порскнули облачка пыли и сухой извести.

– А-а-а-а! Мне снова нос сломали!
– запричитал кто-то из хомункулюсов. На каменные плиты перед замком обильно закапала почерневшая от грязи кровь.

– Давай еще, - вздохнул епископ и снова бросил свой отряд на штурм.

Если бы о стены крепости долбились обычные двадцать девять человек, он бы даже не шевельнулся. Но хомункулюсы обладали куда более крепкими телами. Вместе с королевским поваром, которого они подобрали по дороге, любовники Хатланиэллы упрямо грохались головами о молчаливый камень. Стены вибрировали, и противно зудели. На окнах качались выделанные бычьи кишки - варвары не пользовались стеклом. Но если бы в каменных рамах крепились любые стеклянные элементы, то сейчас они посыпались бы с грохотом вниз. Крепость мелко тряслась, в ее стены ударялись созданные мертвецами молнии. Но ворота никак не желали увеличиваться. Хомункулюсы по-прежнему не могли попасть внутрь.

Интересно, чем бы окончилось это противостояние мертвой плоти и камня. Развалилась бы стена, или треснули двадцать девять лбов? Неизвестно. Потому что на шум из подвала выбралась королева. Следом за ней, едва протиснувшись сквозь круглый проход погреба, вылез изрядно растолстевший кабан.

– Явились?
– леди Хатли властно посмотрела на своих подопечных и уперла руки в боки.

– Явились, госпожа, - Шрухан говорил сквозь боль и старался не замечать струившейся по подбородку крови.
– Мы любим тебя, госпожа.

– Вижу, любовь к тебе до добра не доводит, - пошутил Трешка. После обильной трапезы с последующим уничтожением годовых запасов столицы, Толстяк пребывал при изрядно приподнятом настроении. Он благодушно взирал на искалеченных любовников Хатланиэллы и невольно проводил параллели между собой и этими голодранцами.

– Цыц!
– приказала королева. Оборотень посчитал разумным заткнуться и больше не шутить.

– Слушаем тебя, госпожа, - сказал кто-то из Круга.
– Только выпусти нас из этой демонской фигуры.

– Отпущу, - пообещала Хатланиэлла и с удивлением услышала двадцать девять облегченных вздохов.
– Но после того как мы убьем мою мать…

Хомункулюсы заскрежетали зубами. Кто-то, вероятно главный преогарский конюх, приглушенно выругался. Еще один сплюнул с высоты. Плевок со свистом пролетел вниз и растекся по облысевшему черепу главного советника Мельпона. Тот гневно поднял глаза и яростно заиграл бровями.

– Вы убили Эквитея?
– нахмурилась леди Хатли, игнорируя первые признаки заколота среди любовников.

– Э-э-э… - пробормотал Шрухан.
– Э-э… Эквитей пока жив… Пока…

– Чего?!
– в злобном крике Хатланиэллы загрохотал металл.
– Какого… демона вы тогда приперлись? Вам надлежало убить этого урода и принести мне его кровь!

Зачем ей кровь, леди не помнила. Этот приказ был отдан еще во время, когда ей приходилось исполнять желания матери насчет Лабораторной Работы.

– Мы подумали, что нужны тебе, лапонька, - попытался ласково сообщить рыцарь Герт. Впрочем, сквозь выбитые зубы, ворочая распухшим языком, ласково не получилось.

Хомункулюсы не слишком спешили рассказывать о том, что исторгнутая Лесовиком звуковая волна отпустила их лишь нескольких тримплах от Велунграда.

– Понятно, - смягчилась королева.
– Можете определить, где находится Эквитей?

– Можем, - дружно заявили любовники.
– Он на склоне Пустой горы.

– Хорошо. А где моя мать?

– У себя дома. Нет… стой… - сказал Шрухан.
– Она перемещается к…

– Куда?
– в нетерпении взвизгнула леди Хатли.

– Тоже к Пустой горе…

– Замечательно!
– восхитилась королева.
– Лучше и не придумаешь. Убьем двоих быков одним копьем.

Произнеся шаблонную преогарскую поговорку, Хатланиэлла мечтательно закатила глазки и начертила в воздухе маленькую колдовскую фигуру. На сей раз не требовалось читать длинные заклинания и концентрироваться. Круг Сильных находился рядом, в сотни раз усиливал потенциал ведьмы и забирал на себя все побочные эффекты Маятника.

Портал Прокола возник из неоткуда. Это произошло настолько внезапно, что леди даже отшатнулась. Затем она величественным жестом поправила плечико разодранного платья и шагнула вперед. Следом прошагал Толстяк. Последними в коридор проколотого пространства вкатились тихо матерящиеся хомункулюсы.