— Господи, — возмущался в душе Платонов, — ну почему мы везде и во всех видим врагов, шпионов или иностранных резидентов, которые только и ждут случая, чтобы охмурить, завербовать, обратить в свою веру? Почему мы в каждом своём человеке видим потенциального предателя Родины, готового при первой возможности рвануть «за бугор»?…

Больше писем от Фарида не поступало. И вот однажды на кафедре к нему смущаясь, подошел алжирец третьекурсник. Занятия с ними только начались, и Платонов ещё плохо знал их группу.

— Вам большой привет от Фарида Бель — Аббеса, — застенчиво улыбаясь, сказал курсант.

— А ты откуда его знаешь? — изумился Андрей.

— Так это же мой двоюродный брат — ответил тот.

Так состоялось знакомство с Ильмаром Рахмани.

Дорога располагает к задушевным беседам. Особенно если дорога длинная, а собеседники симпатизируют друг другу. Много интересного узнал Платонов во время неторопливых бесед с Ильмаром, на многие размышления натолкнул его этот подвижный, любознательный, откровенный и острый на язык парнишка.

Родился он в Алжире, но вскоре семья из столицы переехала в Оран. Там отец открыл своё дело — небольшой авторемонтный завод и несколько бензозаправочных станций. В одиннадцатом классе Ильмар прочитал объявление в газете о наборе в военно-морское училище в Советском Союзе.

Подал заявление. Военные в Ажире всегда считались привилегированным классом. Отбор кандидатов проходил в столице. Конкурс был большой и трудный — около десяти человек на место. После победы в конкурсе их собрали на подготовительные курсы. Там, в основном, занимались военной подготовкой и русским языком. Потом экзамены. После экзаменов отсеялась ещё примерно треть. С отобранными кандидатами заключили контракт. По контракту, звание лейтенант присваивается после окончания учебы в Союзе, шестимесячного курса общевойсковой подготовки и сдачи двух экзаменов по специальности на подтверждение диплома. Затем распределение по воинским частям. Сертификат, получаемый после сдачи экзаменов, подтверждает международный статус диплома. По прибытии в часть, выделяется служебная двухкомнатная квартира в загородном коттедже и небольшая обслуга. Выдается ссуда на покупку автомобиля. Если желания, приобретать автомобиль, нет то, ежемесячно выплачиваются деньги для поездок на службу и обратно на такси. Появление в военной форме в городском транспорте категорически запрещено. Патрульная служба следит за этим строго. Офицерам запрещается заниматься частным бизнесом и торговлей. И ещё запрещается жениться до двадцати пяти лет. Сначала нужно показать себя на службе, а уж потом думать о женитьбе…

Образование в Союзе среди алжирской молодежи считается престижным. Во всех европейских странах признают фундаментальность и систематичность знаний, которые получают студенты в советских вузах, а также большую доступность профессоров для студентов.

— У меня сестра учится в Сорбонне, — рассказывал Ильмар, — так вот я каждый год привожу для её друзей наши конспекты то по математике, то по физике и механике, а в этот раз повезу по радиоэлектронике.

— Чего вдруг? — изумился Андрей.

— Так ведь у них как — преподаватель читает краткий курс, что-то вроде тезисов. Потом дает огромный список литературы, а дальше, как у вас говорят «шуруй сам». Кто, что «на шурует» — засмеялся Рахмани, — тот столько и получит. Профессор консультирует по часу два раза в неделю. Это ведь не то, что у нас, — убежденно заключил он, — приходи в любое время на кафедру, и тебе все объяснят. А конспекты из Союза там, у студентов нарасхват.

— Так, что не жалеешь, что поехал учиться в Союз?

— Конечно, нет, — откликнулся Ильмар, — правда, в отношении бытовых условий и развлечений у вас хуже, чем в Европе. Особенно в Баку.

— Ну конечно, Париж с Баку не сравнить, — согласился Платонов — тут тебе ни Монмартра с кафе и ресторанами, ни «Муллен — Руж» со стриптизом по вечерам.

— А вы откуда знаете? — удивился Рахмани

— Французских классиков надо читать — рассмеялся Андрей…

— Париж! — блаженно потянулся Рахмани. — На каникулы поеду к сестре. Недельку покутим с ней и её женихом в Париже, а потом на недельку смотаемся в Дрезден. Сестра у меня будущий искусствовед. Специализируется по импрессионизму.

— Я люблю французских импрессионистов, — сказал Андрей, — особенно Огюста Ренуара и Эдуарда Мане.

— О-о! Манэ это сила! — живо отреагировал Ильмар.

Андрей подначил: «Особенно его „Блондинка с обнаженной грудью“!»

Ильмар расхохотался: — И блондинка тоже!

— А жених твоей сестры алжирец?

— Нет, — ответил Ильмар, — он испанец. Журналист.

— Ну, прямо интернационал. А у самого-то невеста есть?

— Нет, невесты нет. Зачем невеста, если у меня есть подружки в Союзе, — заулыбался Рахмани.

— И много?

— Кого?

— Ну, подружек.

— Да есть мало-мало.

— Ну, а вдруг влюбишься и надумаешь жениться?

— Не-е! Не надумаю. Это опасно!

— Не понял? Как это? — удивился Андрей

— А вот так. У моего друга брат учился в Союзе в танковом училище. В Ленинграде познакомился с девушкой из Вологды. Полюбили друг друга и решили тайком жениться. А был он уже на четвертом курсе. На зимних каникулах поехали они в какое-то село в Вологодской области к родственникам этой девушки. Там председатель сельсовета выдал им свидетельство о браке. Через год родился сын. Перед выпуском этот парень обратился в наше посольство с рапортом разрешить забрать с собой жену и ребенка. Представил и свидетельство о браке. В посольстве сказали, что просьбу рассмотрят, а ему приказали ехать в Алжир одному.