Шрифт:
Любой другой изобретенный человеком способ передвижения, будь то колесо, гусеничный трак или что-то другое, не мог поспорить по своей гениальности, а главное — по своей функциональности с тем, что породила природа в процессе эволюции.
Опорно-двигательный аппарат «Фалангера», исполненный из титано-керамлитового сплава на основе системы серводвигателей, был частично позаимствован у знаменитых жабоклювов планеты Элио.
Там, где безнадежно застревал любой вездеход или трактор, мог спокойно пройти шагающий робот. Его трехпалые ступни с подвижными пальцами цеплялись за малейший надежный выступ. Такая машина с равной легкостью могла передвигаться как по горам, так и по болотам. Единственное, чего не умел «Фалангер», — так это летать. Семнадцатитонная машина могла лишь прыгать, используя для этого весьма ограниченный ресурс реактивных ускорителей…
…Преодолев обвал, боевой робот остановился у основания уходящего вверх пандуса.
В тишине подземелья резко взвизгнули двигатели торсового разворота, и верхняя часть корпуса «Фалангера» повернулась вместе с рубкой пилота и выступающими по бокам оружейными пилонами.
Во мраке подземелья ослепительно вспыхнул красный лазерный луч.
…Спустя пару минут на поверхности вновь зашевелился уже потревоженный слой бетонного щебня. На этот раз движение происходило в самом центре пологого ската уже образовавшейся воронки.
Эрни Рорих абсолютно верно рассчитал, что в этом месте масса битого бетона будет значительно меньше, чем прежде.
Вновь к потерявшим часть своего багрянца небесам Везелвула потянулись клубы белесой пыли, тонкой известковой пленкой оседая на черной стоячей воде болот.
Грохот обвала ощутимо поколебал землю, и пылевое облако заволокло все обозримое пространство.
Когда оно немного рассеялось, сквозь уносимую ветром муть стал отчетливо виден прямоугольный провал, из которого все еще вырывалась пыль.
Внезапно из темных недр подземелья раздался характерный звук работающих сервоприводов, и над краем открытого створа древних ворот появился приплюснутый корпус боевой машины, на лобовом скате которой нежно светились два узких разреза оптических триплексов рубки управления.
«Фалангер» несколько раз повел торсом из стороны в сторону, сканируя окрестности, и тяжкой неторопливой поступью поднялся из провала.
Его оружейные пилоны, плотно прижатые к бокам, тупо сверкнули жалами заряженных реактивных ракет.
— Саша, Ник… — раздался в эфире голос Эрни. — Я поднялся. Вокруг все чисто.
— Понял тебя!.. — пришел ответ фон Риттера. — Держи позицию, мы начинаем движение!
Робот Рориха отступил от провала и застыл, поджав ступоходы. Два автоматических орудия повернулись на независимых подвесках и нацелились на далекий горизонт.
— Жду… — коротко доложил Эрни.
Через минуту из прямоугольного лаза, словно подземные демоны, поднялись, один за другим, еще два «Фалангера», камуфлированная броня которых была покрыта толстым слоем известковой пыли. На краю прохода ведущий робот неловко оступился, но сработавшие системы автоматической стабилизации не дали ему упасть.
— Ваби, не трогай ничего, кроме пушек, тебе же сказано! — раздался в коммуникаторах Эрни и Николая гневный окрик Саши Эйзиз.
В рубке ее «Фалангера» маленький мутант виновато отдернул пальцы от красивых огоньков на ближнем к нему крыле пульта управления и с угрюмым видом припал к наспех переделанной под его рост автоматической пушечной турели робота.
Он выполнял роль правой руки Саши, заменив ей искалеченную осколком кисть, и страшно гордился этим.
Эйзиз повернула голову, посмотрев на ровный слой бетонного щебня, что покрывал то место, где несколько часов назад возвышались серые стены форта.
Ее горло сдавил спазм.
Мысль об Андрее вызвала приступ удушья. Они не могли даже отыскать то, что осталось от него. Слой дробленого бетона лежал, словно тяжкая насыпь над его могилой.
Саша отвернулась, но ее взгляд наткнулся на обгорелый ком, в который превратились останки «Новы» после ночной бомбежки.
Ей хотелось плакать, но глаза оставались сухими.
В подземелье старой колониальной тюрьмы, где у дальней стены сквозь клубы известковой взвеси пробивался тусклый свет двух лампочек, за дверями древнего склада возле двух бессознательных тел лежал, упокоив голову на вытянутых лапах, Черч.
Преданный пес охранял двух тяжело раненных людей — доктора Гентри Фрамера и Дерека Линкса, в забинтованную руку которого была засунута короткая записка, нацарапанная на клочке упаковочной пластбумаги:
«Дерек, если очнешься, не паникуй. Мы сделали для вас с доком все, что могли. Идем на „Громовержца“. Будем живы — вернемся за вами.
Эйзиз, фон Риттер, Рорих».Черч лежал, настороженно втягивая пыльный воздух влажными ноздрями.
Он верил, что они вернутся, иначе зачем его оставили тут?