Я л м а р. Ну, хорошо. Вот видишь ли, меня возмущает мысль, что осуществить идею истинного брака дано не мне, а ему.

Г р е г е р с. Ну как же можно так говорить!

Я л м а р. Да, конечно, оно так и выходит. Твой отец с Бертой Сербю вступают теперь как раз в такой брак, основанный на полном доверии и безусловной взаимной откровенности. Они друг друга не морочили, ничего не утаили друг от друга. Все ясно, открыто между ними, никаких недомолвок; объявлено, если можно так выразиться, полное взаимное отпущение грехов.

Г р е г е р с. Ну, положим; что же из этого?

Я л м а р. Да ведь в том-то вся и суть. Ведь тут, значит, как раз налицо все это сложное, трудное... что ты сам считаешь необходимым основанием истинного брака.

Г р е г е р с. Но это же совсем в другом роде, Ялмар. Не станешь же ты сравнивать ни себя, ни жену свою с этой парочкой?.. Ну ты ведь меня понимаешь...

Я л м а р. Я все-таки не могу отделаться от мысли, что в этом есть что-то такое, возмущающее во мне чувство справедливости. Выходит, как будто и нет на свете никакой высшей справедливогти.

Г р е г е р с. Фу, Экдал, не говори ты так, ради бога!

Я л м а р. Гм... Не станем вдаваться в такие вопросы.

Г р е г е р с. Но, с другой стороны, я как будто все-таки. вижу направляющий перст судьбы. Верле ведь ослепнет.

(*713) Г и н а. Ну, это, пожалуй, еще не наверно.

Я л м а р. Это вне сомнений. Во всяком случае, не нам в этом сомневаться. Именно в этом факте и заключается справедливое возмездие. Он в свое время навел слепоту на доверчивого ближнего...

Г р е г е р с. И не на одного, к сожалению, а на многих.

Я л м а р. И вот теперь надвигается неумолимая, загадочная сила и требует собственные глаза коммерсанта.

Г и н а. Нет, как ты можешь говорить такие вещи! Просто страх берет слушать.

Я л м а р. Иногда полезно углубляться в темные стороны бытия.

X е д в и г в шляпке и пальто весело, запыхавшись вбегает из входной двери.

Г и н а. Ты уже назад?

X е д в и г. Да, мне не хотелось больше гулять. И это было к лучшему - я встретила кого-то в воротах.

Я л м а р. Верно, фру Сербю?

X е д в и г. Да.

Я л м а р (ходя по комнате взад и вперед). Надеюсь, встретилась с нею в последний раз.

Молчание.

X е д в и г (боязливо переводит глаза с отца на мать и на Грегерса, словно стараясь разобраться в общем настроении, затем подходит к Ялмару; ласкаясь). Папа!

Я л м а р. Ну что, Хедвиг?

X е д в и г. Фру Сербю что-то принесла мне.

Я л м а р (останавливаясь). Тебе?

Х е д в и г. Подарок на завтра.

Г и н а. Берта всегда что-нибудь дарит тебе на рождение.

Я л м а р. Какой же это подарок?

Х е д в и г. Нет, на сегодня это секрет. А завтра утром мама должна положить мне это на постель.

Я л м а р. Ах, опять эти секреты за моей спиной!

Х е д в и г (поспешно). Да нет, посмотри, пожалуйста. Большое письмо. (Вынимает из кармана пальто письмо.)

Я л м а р. И письмо еще?

(*714) X е д в и г. Да только и всего. Другое, верно, потом будет. Но ты представь - письмо! Я никогда еще не получала писем. И на нем написано: "фрекен", "фрекен Хедвиг Экдал". Подумай, это мне!

Я л м а р. Дай взглянуть.

Х е д в и г (протягивает ему письмо). Вот погляди.

Я л м а р. Почерк коммерсанта Верле.

Г и н а. Верно ли, Экдал?

Я л м а р. Сама взгляни.

Г и н а. Ну да, много я смыслю!

Я л м а р. Хедвиг, можно мне вскрыть... и прочесть?

Х е д в и г. Пожалуйста, если хочешь.

Г и н а. Нет, не сегодня, Ялмар. Ведь это на завтра.

Х е д в и г (тихо матери). Ну дай же ему прочесть! Наверно, там что-нибудь хорошее, папа обрадуется, и опять у нас будет весело.

Я л м а р. Значит, можно вскрыть?

Х е д в и г. Пожалуйста, папа. Интересно, что там такое!

Я л м а р. Хорошо. (Вскрывает конверт, вынимает письмо, читает и, видимо, приходит в смущение.) Да что же это такое?...

Г и н а. Что там написано?

Х е д в и г. Да, папа, скажи скорее!

Я л м а р. Погодите! (Перечитывает письмо, бледнеет, но, сделав над собою усилие, говорит сравнительно спокойно.) Это дарственная запись, Хедвиг.

Х е д в и г. Подумай! Что же мне дарят?