Джек опустил веки. Это значило, что они вернутся.

— Черт побери! — Он искоса посмотрел на Деймьена. — Послушай, я не сплю с Люси. Можешь не посылать секундантов. Я спал на диване. Мы просто подумали, что Стэдлер все же уедет, если узнает, что Люси… — Он замолчал, не в состоянии закончить предложение.

— Я понимаю, — сказал Деймьен, — …близка с тобой.

Джек устало кивнул. Откинувшись назад, он положил голову на высокую спинку кресла. Все-таки надо было уехать как можно дальше… Уехать как можно скорее… Весь этот план с помолвкой оказался полной бессмыслицей.

— Ну почему этот тупой осел не может убраться отсюда? — пробормотал он.

— Послушай, друг, — немного погодя заговорил Деймьен, — хочешь совет одного безумно влюбленного мужчины такому же другому?

Зловеще взглянув на Деймьена, Джек выпрямился в кресле.

— Да о чем, черт побери, ты говоришь?

Деймьен провел рукой по своим черным волосам, в глазах его промелькнула хитринка.

— Как-никак я уже достаточно долго работаю в Си-эн-эн [1] . Я хорошо разбираюсь в людях. — Он дружелюбно улыбнулся. — Я знаю, что ты влюблен в Люси.

Джек почувствовал боль в желудке. Конечно, это была правда. Но почему он так болезненно отреагировал? Может, потому, что уже тогда, когда впервые увидел Люси и полюбил всем сердцем, он знал, что недостаточно хорош для нее? Он был непослушным, трудным подростком, который едва не попал в дурную компанию, к тому же постоянно испытывал вину за поступки своей матери. Они с ней жили в двухкомнатной квартире, и если рядом был не очередной «папочка», то какой-нибудь очередной «дядя». Да, его мать была очень красивой женщиной и знала, как пользоваться мужчинами. Потом она вытащила счастливый билет, выйдя замуж за Джона Кросби. И в течение трех лет у Джека был настоящий дом с чистыми простынями на кровати и трехразовым питанием… У него был отчим, который обращался с ним как с родным сыном, и три сводные сестренки, которые обожали его. Джек понимал, что он Люси не ровня, но все равно поклялся, что когда сам наживет состояние, достойное Люси, то вернется к ней. Впрочем, когда до заветной цели оставались уже считанные дни, Люси обручилась с другим. Потом каким-то чудесным образом пять дней назад — когда он приехал в Брэнсон — ему наконец-то улыбнулась удача. Выпал шанс доказать Люси свою любовь, доказать, что он ее суженый…

Но Люси не воспринимает его иначе как друга. И она не любит его так, как он любит ее. Вот поэтому он хочет уехать от нее как можно дальше. Мысль, что он никогда не сможет быть с женщиной, которую любит больше всего на свете, причиняла нестерпимую боль. Однако сейчас нельзя уезжать — до тех пор, пока Стэдлер остается здесь… Не в состоянии отрицать страсть, которую он скрывал столько лет, Джек сказал:

— Я люблю всех девчонок Кросби.

— Я знаю. — Деймьен посмотрел на Джека. — И они тоже любят тебя. В их глазах ты настоящий святой. Ты всегда был рядом, когда им было плохо. — Деймьен потянулся и дружески похлопал Джека по плечу. — Знаешь старую пословицу: мужчина ловит женщину в свои сети прежде, чем она заарканит его?

— Ну, конечно, — ответил Джек, смущенный переменой темы разговора.

— Как думаешь — может сработать наоборот?

— Сработать?

Деймьен встал перед Джеком и вытянул руку ладонью вверх.

— Давай представим, что это рука Люси, — Деймьен коснулся своей ладони. — Ты прямо здесь. У нее в руке. — Он взмахнул рукой. — Так как же бедная девочка поймет, что ты нужен ей, если ты и так уже принадлежишь ей?

Джек с сомнением посмотрел на Деймьена.

— Зачем ты говоришь мне все это?

Деймьен хитро улыбнулся.

— Ну, скажем, я хочу, чтобы ваша история с помолвкой завершилась успешно.

Джек отвел взгляд и пробурчал:

— В таком случае придется очень постараться. Люси видит во мне только друга.

— Доверься мне, Джек. Ты играй свою роль, и Люси пусть играет свою. Она не сможет устоять. — Озадаченный словами Деймьена, Джек повернулся к нему. А тот весело продолжил: — По рукам?

— Я не понимаю, о чем мы условились, но все равно согласен, — Джек пожал протянутую руку.

Деймьен подмигнул ему.

— Любой мужчина, который в тридцать три сколотил состояние, достаточно умен, чтобы разобраться во всем. — И с этими словами ушел в дом.

Их разговор длился целых тридцать минут. Когда Джек ехал на машине в Брэнсон, на его лице светилась довольная улыбка…

Люси сбежала по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Она только что играла с племянницами, а это всегда придавало ей заряд бодрости на целый день. Она влетела в гостиную, которая раньше была спальней Хелен. Теперь в ней жил Джек.

Люси удивилась, увидев, что он уже разложил диван и сидит на постели, раздетый до пояса. Перед ним лежала кипа деловых бумаг.

Она медленно оглядела его мощную грудь, которая казалась бронзовой при свете лампы. Как же он красив, подумала Люси, но вслух произнесла:

— Тебе не холодно? — Она кашлянула. С чего это голос так предательски дрожит?

Джек взглянул на нее поверх своих бумаг.

— Я теплокровный. — Он усмехнулся и спросил: — Как малышки?

Она рассмеялась и присела на краешек постели.