– Хорошо, я сяду, но не задавайте мне вопросов - сначала выслушайте меня.
– Полторацкий сел к столу, скрестил на груди руки.
– На что вы рассчитываете, господин Фунтиков, идя ва-банк? Вам удалось обмануть рабочих Асхабада и Кизыл-Арвата - их силами вы пошли громить Советы. Но ведь не сегодня-завтра обманутые рабочие поймут, что с Фунтиковым им не по пути, и вы останетесь с кучкой недобитых офицеров, с разоренными кланами старых дворян и мелкими буржуйчиками! Вся эта шваль выброшена на свалку истории - как можно на нее рассчитывать?

– Так ли, гражданин Нарком?
– не согласился Фунтиков, откинулся на спинку стула, покрутил казацкий ус.
– Рановато вы нас выбросили на свалку. Судя по тому, как вы себя ведете, вы просто плохо осведомлены о том, что делается в России. Почему бы нам не рассчитывать на атамана Дутова, если его казачья вольница целиком очистила от большевиков Оренбург и Урал? Очищен от большевиков Кавказ. Только в Баку еще держится Советская власть, но она тоже, как и здесь, в Туркестане, дышит уже на ладан. В наших руках Крым, Дон, Поволжье. С нами белогвардейские сотни и чехословацкий корпус, с нами вся Европа и Америка. Нам всего-то осталось - разгромить Советы в Чарджуе, Самарканде, Ташкенте, а потом мы соединимся с Дутовым и двинемся на Москву.

– Это неисполнимые мечты, господин Фунтиков.
– Полторацкий усмехнулся.
– Сила не в этом разношерстном сброде, а в пролетарском духе народа. Взяв в свои руки власть, он уже никогда не отдаст ее богачам.

– Не много ли теории, Федор Андрианыч?
– заметил Доррер.
– У меня такое впечатление, что вы пытаетесь переубедить комиссара. Не лучше ли вынести приговор и привести его в исполнение.

– Не спешите, Алексей Иосифович, - раздражаясь, возразил Фунтиков.
– Пусть жажда кровной мести не застилает вам глаза... Павел Герасимович, я оставлю вас в живых, если примете наши условия. Они легко выполнимы, надо только захотеть выполнить их. Сегодня же вы объявите по всей железной дороге приказ о полном подчинении всех Совдепов Закаспийскому исполкому.

– Ну и наглец же вы, Фунтиков!
– возмутился Полторацкий.
– И не стыдно вам, жалкому пигмею, так разговаривать с Наркомом?

– Уведите его!
– Фунтиков ладонью хлопнул па столу и встал.
– Бросьте в одиночку. Даю вам, Полторацкий, ровно сутки на размышление!

– Да бросьте вы, Федор Андрианыч, какое еще размышление. Надо расстрелять его - и немедленно!- вновь загорячился переполненный ненавистью к комиссару Доррер.

Полторацкого увели. Фунтиков налил из самовара в пиалу чай, отхлебнул глоток, вытер вспотевший лоб рукавом, заговорил поучающе:

– Извините, граф, но только теперь мне становится понятно, почему Жорж преуспевал больше вашего. Вы - мельче его. Даже гнев у вас мелок. Не смерть комиссара Полторацкого мне сейчас нужна, а открытая дорога до самого Оренбурга. Комиссара мы расстрелять успеем, никуда от нас не денется. Сейчас нужен свободный, беспрепятственный путь. Надо склонить на нашу сторону всех железнодорожников - в Байрам-Али, Чарджуе, Кагане, Самарканде, Урсатьевской, наконец, в Ташкенте. Граф, я прошу вас, не ставьте мне палки в колеса, занимайтесь своим делом. Схвачен редактор местной газеты, председатель ЧК Каллениченко...

– Да, господин Фунтиков, это такая мразь - он арестовал и отдал военному трибуналу за хищение оружия лучших наших боевиков, - сказал полковник Наибов.
– Пуля по нему давно плачет.

– Вот и займитесь им, граф... А вы помогите ему, Наибов... Вам, господин Зимин, приказано идти на телеграф и связаться по фонопору с байрамалийским Совдепом. Скажите им, что я хотел бы завтра встретиться с ними.

– Слушаюсь, господин председатель...

Зимин возвратился минут через двадцать, радостно доложил:

– Разговаривал с председателем Совдепа Панасюком - он согласен, только боится посылать своих парламентеров сюда, в Мерв. Договорились провести переговоры на разъезде, между Мервом и Байрам-Али. Завтра, ровно в двенадцать. С их стороны парламентариев возглавит член Совдепа Матвеев. Стороны, то есть паровозы, на которых будем ехать на переговоры, должны остановиться в трехстах метрах друг от друга. Обе стороны выбрасывают белый флаг и по три человека от нас и от них идут навстречу друг к другу. Охраны не будет.

– А если устроят засаду?
– усомнился Фунтиков.- Сейчас я им нужен не меньше, чем Полторацкий. Ликвидировав меня, они сразу перейдут в наступление.

– Вы можете взять с собой боевиков - они залягут с обеих сторон железной дороги.

– Хорошо, господин Зимин, завтра отправимся вместе. Нет ли сведений из Тахта-Базара? Я послал туда к полковнику Зыкову господина Дохова с отрядом. Надо любым способом завладеть арсеналом Кушки и как следует вооружить наши дружины. Давно ли вы виделись с генералом Востросаблиным, и вообще, как он настроен?