Тьма над головой Азазеля начинала сгущаться, и все громче становились завывания адских труб, которые оповещали о его возвращении. Его ждали. И взмахнув широкими крыльями, он полетел, наслаждаясь... торжествуя... предвкушая. Над его головой рассыпались звезды, а под ним - тысяча огней, сотни душ, и новый мир, который он еще не видел.

Очередной взмах крыльев, и Азазель снова нырнул во мрак, появляясь рядом с Рэмиэлем в небольшом помещении. А рядом с ним оказалась девушка, сияя ярче любой звезды, и которая распахнула на него голубые как небо глаза...

– Ох, Палома! С ней все в порядке?
– взволнованно спросила она, едва не плача.

Палома... конечно же, как еще могут звать такую прекрасную голубку.

– С ней все в порядке, - ответил за него Рэмиэль, привлекая к себе девушку.

Азазель кивнул ему в знак благодарности, и благодарность эта была за все, что тот для него сегодня сделал.

– Ну, здравствуй, Азазель, - поприветствовал его Астарот, появляясь из клуба тьмы.

Следом за ним оттуда же выплыла и Лилит, расплываясь в хищной улыбке. Азазель хмыкнул, одаривая присутствующих насмешливым взглядом.

И тут девушка застонала, приходя в себя, и прикладывая руку ко лбу. Схватившись другой рукой за плечо Азазеля, она попыталась сесть. Когда же глаза распахнулись, ее взор остановился на нем одном. Подарив ему долгий и восторженный взгляд, девушка захлопала ресницами, словно прогоняя из сознания нахлынувшее на нее наваждение.

– Извини, но ты не мог бы поставить меня на ноги, - попросила она.

Азазель сделал, как она попросила, придерживая одной рукой за талию.

– Отлично, спасибо. А теперь я пойду, покурю, - произнесла Палома, после чего похлопала его по плечу, поджимая губы.
– Поздравляю, с возвращением. Кстати, если тебя не затруднит, надень хоть что-нибудь, ладно?

Отойдя от него, девушка вышла на балкон и закурила. Азазель проводил ее взглядом, не в силах оторваться от созерцания, а потом и вовсе развернулся в ее сторону. Что-то в ней было такое... что притягивало его и отвлекало от всего прочего.

– Она моя, - произнес за спиной демон.
– Можешь даже не смотреть в ее сторону.

Азазель обернулся, посмотрев на демона через плечо, и его губы тронула усмешка.

– Меня это вряд ли остановит, дорогой мой Астарот, ты же знаешь, - наконец-то заговорил и он.

Хихикнув, Лилит вышла вперед и зашагала к Азазелю.

– Да будет вам, неужели собираетесь делить какую-то падшую женскую душонку?

Подойдя вплотную, Лилит прильнула к его телу, обвила руками шею и поцеловала. И он ответил, ради самого поцелуя, совершенно не ощущая при этом того, что ощущал с девушкой.

– ОН ждет, - сказала ему Лилит, укрывая их тьмой.

***

Азазель и Лилит исчезли во тьме, за ними в ней же растворились Палома с Астаротом, и Рэмиэль с Анжеликой наконец остались одни в звенящей тишине темной комнаты. Лика себя так плохо чувствовала, что могла только сосредоточиться на борьбе с тошнотой и слабостью, сжимая в кулачках ворот плаща Рэмиэля и прижимаясь к его высокому телу. Она закрыла глаза и уткнулась носом ему в шею. Слишком много всего произошло этим днем, слишком впечатляющим сегодня было дыхание ада рядом с ней. Но, несмотря на принадлежность к нему же, только один Рэмиэль дарил ей спокойствие. Держа Лику в своих объятьях, он гладил ее по волосам... медленно... размеренно... утешая.

– Последствия нашей встречи сказываются на тебе не лучшим образом, - произнес Архангел.
– Я беспокоюсь.

– Это пройдет, не переживай. Мне просто нужно отдохнуть.

Ничего не спрашивая, Рэмиэль подхватил Лику на руки и понес в спальню. Но, когда уже собирался уложить ее на кровать, она попросила:

– Отнеси меня, пожалуйста, сначала в ванную.

Рэмиэль так и сделал. Он отнес ее в ванную комнату и опустил на ноги. Но если в спальню проникал с улицы хоть какой-то свет, тот тут было темно абсолютно. Лика поежилась и прижалась теснее к Рэмиэлю.

– Я бы хотела включить свет и принять ванную. Ты выйдешь?

– Нет, я не могу оставить тебя одну, - ответил он, протягивая руку к тумбочке, которая стояла между ванной и раковиной.

Один щелчок его пальцев, и загорелась свеча, которая служила здесь элементом декора. Комнату заполнил мягкий, даже интимный, свет, и от всей намечающейся ситуации у Лики вспыхнули щеки.

– Тогда отвернись, - попросила Лика, поворачиваясь к нему спиной и наклоняясь, чтобы включить воду.