– Мы с Брианной дружим почти всю жизнь. Познакомились еще детьми, наши семейные поместья находятся поблизости.

– Мы едва знакомы, но мне она показалась прекрасным человеком.

– Так и есть. – Наконец-то Ребекка могла сказать правду.

К ее облегчению, Дэмиен повернулся к отцу и задал ему какой-то вопрос о предстоящей парламентской сессии, и Ребекка вновь осталась наедине с полной чашкой уже остывшего чая. Ей было невыносимо не смотреть, но она могла позволить себе лишь мимолетные взгляды в сторону Роберта и хорошенькой вдовы.

И вот, когда Ребекка в очередной раз посмотрела в угол комнаты, ее охватило смятение, потому что оба они, и Роберт, и Лоретта, исчезли.

Она почувствовала прилив дурноты.

Одно дело – пылать страстью к повесе, и совсем другое – стать свидетельницей его любовных похождений. И прежде Ребекка видела, как он танцевал, болтал и улыбался в переполненных залах, но вокруг него всегда было много людей, и никогда она не замечала, чтобы он исчезал с одной из своих поклонниц. Если мужчина и женщина вместе покидают домашний праздник… Ребекка читала светские хроники и была достаточно искушенной в подобных делах, чтобы догадаться об остальном.

Неужели они отправились наверх, туда, где находятся спальни?

Вполне возможно.

Ребекка чувствовала себя уязвленной и преданной, хотя у нее не имелось для этого ни малейших оснований.

Блюдце чуть дрогнуло в ее руке, когда она отставила чай в сторону. Если она не уйдет сейчас же из этой комнаты, то не выдержит и закричит.

Когда она поднялась со стула, ее отец и лорд Дэмиен тоже встали.

– Прошу меня извинить. На улице прекрасная погода, и меня так и манит прогуляться в садах, Брианна так их расхваливала, что мне хочется увидеть все самой, – с трудом произнесла Ребекка.

Дэмиен чуть приподнял брови и, к ужасу Ребекки, предложил ей руку.

– Позвольте мне сопровождать вас.

Нет! Он так похож на него – эти густые каштановые волосы и профиль…

Ребекке очень хотелось остаться одной и собраться с мыслями. Но если она откажется от предложения Дэмиена, ее отец рассердится, а сама она покажется Дэмиену неприветливой. Поэтому Ребекка легко коснулась рукава лорда Нортфилда и заставила себя улыбнуться.

– Я буду очень рада.

Через распахнутые стеклянные двери они вышли на улицу. Вечерело. Дэмиен повел Ребекку мимо изгиба террасы к задней части дома, где был разбит английский парк размером не менее пятнадцати акров, как успел скромно заметить Дэмиен. Они шли не торопясь. Если бы Ребекку действительно занимали цветы и изысканно подстриженные кустарники, она бы искренне наслаждалась обществом своего спутника, но только не сейчас, после того как ее мать говорила о лорде Дэмиене как о возможном кандидате в мужья.

Ребекке было не по себе.

Дэмиен выбрал тропинку, и она послушно пошла рядом с ним, стараясь казаться спокойной. Чтобы он не счел ее неприветливой и глупой девицей, она вежливо поинтересовалась:

– Вы рады отдохнуть от своих обязанностей в Испании, милорд?

Дэмиен выглядел задумчивым, на его губах играла чуть заметная улыбка.

– Было бы глупо не признаться в этом, верно? Кто бы решился променять это чудесное место, возможность повидаться с семьей и друзьями и отдохнуть от тягот военной жизни?

Ребекка не знала, как ответить. Ей показалось, она уловила легкое раздражение в голосе Дэмиена, но она слишком плохо его знала, чтобы судить.

– Порой я бываю глуп, – коротко добавил он.

Ребекка прикрыла глаза.

– Значит, вы бы предпочли вернуться в Испанию?

– Мне нравится моя работа, – признался он. – Я считаю за честь бороться против корыстных целей Бонапарта. Было приятно побывать дома, но, как бы странно это ни прозвучало, мне не терпится вернуться.

– Это замечательно. – Втайне Ребекка жадно просматривала газетные репортажи, где говорилось о попытках избавить Европу от неумолимых тисков Бонапарта. – Каждый, начиная с герцога Веллингтона и заканчивая простым солдатом, рискует жизнью ради Англии и всего мира.

– Я люблю, когда мне бросают вызов.

Ребекка ясно видела – Дэмиен говорит правду. Впервые с момента прибытия в Ролтвен она искренне улыбнулась.

– Уверена в этом.

– Не поймите меня превратно, я люблю свою семью, но я не Колтон с его поместьями и множеством обязанностей. И не Робби с его беспечным отношением к жизни. Нет, я бы не назвал своего младшего брата поверхностным. Не многим это известно, но он необычайно хорошо разбирается в цифрах, и это касается как денежных вложений, так и карточных игр. Даже не пытайтесь сражаться с ним в вист, мисс Марстон, вы обязательно проиграете, это я вам точно говорю.

Почему они опять говорят о Роберте?

Или она просто принимает слишком близко к сердцу все, относящееся к нему? Ничего странного в том, что Дэмиен говорит о младшем брате.

– Приму ваши слова к сведению, если мне когда-нибудь придется играть против него.

– К тому же он отличный виолончелист. Вы не знали?

С чего Дэмиен решил, будто Ребекке все известно про юного повесу?

– Конечно, нет, – отрезала она. – Мы почти не знакомы.

– Я просто подумал, – тихо и чуть удивленно заметил Дэмиен, – не говорила ли об этом Брианна. Естественно, сам Робби не любит упоминать о своих интересах, поскольку музыка отнюдь не мужественное занятие, но у него настоящий талант. Мне кажется, и здесь в нем говорит математик. Стоит ему взглянуть на ноты, и он уже знает все о музыкальном ритме и размере.