– С тобой мороки больше, чем той прибыли! – зло сказал Шварц.

Он стращал перепуганного собеседника. Потемкин заглотнул наживку.

– Прибыль будет! – горячо заверил он.

– Будет, будет, – кивнул Шварц. – Ну, где лопаты, пацаны?

Потемкин решил, что он сейчас умрет.

– У меня на примете дело есть! – воскликнул он. – Информация для вас! Может пригодиться! Только надо обмозговать, как использовать!

– Ладно, хватит, – недовольно произнес Шварц.

Точно, будут убивать.

– Есть человек! – заспешил Потемкин. – В Москве! С деньгами! Его будут убивать! А он еще не знает!

– Его проблемы, – отмахнулся Шварц.

– Ведь можно заработать!

– Это вряд ли.

– Можно, можно! – убеждал Потемкин. – Я знаю, кто будет убивать! И дату знаю!

Шварц не заинтересовался, но один из его подельников спросил у Потемкина:

– Когда?

– Шестнадцатого! – с готовностью доложил Потемкин, обнаружив, что контакт установлен.

– Шестнадцатого чего?

– Ноября!

– А сегодня у нас что? Так уже скоро!

– Вот! – с чувством произнес Потемкин. – Несколько дней осталось! И если к этому человеку прийти…

– К кому? – никак не мог сообразить Шварц.

– К жертве! Которую убьют! – пояснил Потемкин. – Можно ей информацию продать! И про покушение, и про киллера!

Шварц все еще сомневался. Непривычное дело.

– Попытка – не пытка, – сказал его подельник.

Эта фраза все решила. Время еще есть, можно обмозговать. Там видно будет. И для комедии этой с расправой над Потемкиным финал хороший. Пусть думает, что его действительно собирались убить, но отложили расправу из-за вновь открывшихся обстоятельств. Так он сговорчивее станет – если будет под страхом смерти жить.

– Садись в машину! – распорядился Шварц. – Расскажешь по дороге.

Потемкин натерпелся такого страху, что до сих пор не мог поверить до конца в то, что остался жив.

– Его фамилия Лисицын, – рассказывал он сбивчиво. – По бизнесу в Москве. Чем занимается – не знаю. Но папа – генерал. Вроде как мертвый, а там – кто знает. В общем, дело не в папе, а в нем самом. Зовут Стас Георгиевич. Есть мать, Наталья Андреевна. Дом за городом. Большой.

– Где именно?

– Не знаю.

– Как же мы найдем? – засомневался Шварц.

– Это не сложно. Дом наверняка записан на него. Да это и не важно, – сказал Потемкин. – Он там не живет. С матерью отношения сложные. Так что он в Москве. А в Москве найти – не проблема.

– Киллер – кто?

– А киллер – этот парень.

– Какой?

– Вы его видели, – сказал Потемкин, замявшись. – Ну, этот, с палкой инвалидской.

– Бычара? – недобро процедил Шварц.

– Ну, пускай так будет, – не стал перечить Потемкин.

– А ты откуда знаешь? Он сказал?

– Да.

– Сам? – не поверил Шварц.

– Это гипноз, – пояснил Потемкин. – Ему дали такую установку.

– Загипнотизировали, что ли?

– Вот именно.

– Кто?

– Родственник этого Лисицына. Я же говорю: отношения у них там сложные. У родственника этого – настоящий дар. Он сильный гипнотизер, я чувствую. И он внушил этому парню… которого вы знаете…

– Короче! – с досадой бросил Шварц.

– Он внушил парню, что наступит шестнадцатое число, и тот пойдет Лисицына убивать.

В салоне машины повисла тишина. Эти трое не поверили бы Потемкину, если бы они его не знали с давних пор. Но они на гастролях были рядом с ним, присутствовали на сеансах и многократно видели, что гипнотизер способен вытворять со взрослыми и еще каких-то полчаса назад вполне вменяемыми людьми. Так что им до того, чтобы поверить, осталось совсем чуть-чуть. Надо было только осознать услышанное. Оправиться от первого шока.

– Но это точно? – неуверенно спросил Шварц. – Он в натуре мочить пойдет?

– Пойдет! – сказал Потемкин. – Я в гипнозе понимаю кое-что, вы сами имели возможность убедиться. И я знаю, я на все сто процентов уверен: наступит шестнадцатое, и он пойдет убивать! Как робот! Он даже не поймет, что он творит! Придет к этому Лисицыну и убьет его!

Китайгородцев приехал на кладбище, когда рассвело. При входе продавали цветы. Он купил немудреный букет, чтобы быть похожим на пребывающего в скорби посетителя.