Избранное
вернуться

Маяковский Владимир Владимирович
Шрифт:

РАССКАЗ ЛИТЕЙЩИКА ИВАНА КОЗЫРЕВА О ВСЕЛЕНИИ В НОВУЮ КВАРТИРУ

Я пролетарий.Объясняться лишне.Жил,как мать произвела, родив.И вот мнеквартирудает жилищный,мой,рабочий,кооператив.Во – ширина!Высота – во!Проветрена,освещенаи согрета.Все хорошо.Но больше всегомнепонравилось —это:этобелее лунного света,удобней,чем земля обетованная,это —да что говорить об этом,это —ванная.Вода в кране —холодная крайне.Крандругойне тронешь рукой.Можешьхолодноймыть хохол,горячей —пот пор.На кранеодномнаписано:«Хол.»,на кране другом —«Гор.»Придешь усталый,вешаться хочется.Ни щи не радуют,ни чая клокотанье.А чайкой поплещешься —и мертвый расхохочетсяот этогоплещущего щекотания.Как будтопришелк социализму в гости,от удовольствия —захватывает дых.Брюки на крюк,блузу на гвоздик,мыло в рукуи…бултых!Сидишьи моешьсядолго, долго.Словом,сидишь,пока охота.Простов комнателето и Волга —только что нетурыб и пароходов.Хоть грязьна тебедесятилетнего стажа,с тебякорою с дерева,чуть не лыком,сходит сажа,смывается, стерва.И уж распаришься,разжаришься уж!Тут – вертай ручки:и каплетпрохладныйдождик-душиз дырчатойжелезной тучки.Ну уж и ласковость в этом душе!Тебяникакойне возьмет упадок:погладит волосы,потреплет ушии течетпо желобупромежду лопаток.Водустираешьс мокрого тельцаполотенцем,как зверь, мохнатым.Чтобы суше пяткам —полстелется,извиняюсь за выражение,пробковым матом.Себя разглядевшив зеркало вправленное,в рубахув чистую —влазь.Влажу и думаю:"Очень правильнаяэта,наша,Советская власть".

Свердловск, 28 января 1928г.

ИМПЕРАТОР

Помню —то ли пасха,то ли —рождество:вымытои насухорасчищено торжество.По Тверскойшпалерамистоят рядовые,перед рядовыми —пристава.Приставовглазамиедят городовые:– Ваше благородие,арестовать? —Крутитполицмейстерза уши ус.Пристав козыряет:– Слушаюсь! —И вижу —катится ландо,и в этой вот ландесидитвоенный молодойв холеной бороде.Перед ним,как чурки,четыре дочурки.И на спинах булыжных,как на наших горбах,свитаза нимв орлах и в гербах.И раззвонившие колоколарасплылисьв дамском писке:Уррра!Царь-государь Николай,императори самодержец всероссийский!Снег заноситкосые кровельки,серебриттелеграфную сеть,он схватилсяза холод проволокии осталсяна нейвисеть.На всю Сибирь,на весь Уралметельная мура.За Исетью,где шахты и кручи,за Исетью,где ветер свистел,приумолкисполкомовский кучери встална девятой версте.Вселеннуюснегом заволокло.Ни зги не видать —как на зло.И толькоследыот брюха волковпо следудиких козлов.Шесть пудов(для веса ровного!);будто правиткедров полком он,снег хруститпод Парамоновым,председателемисполкома.Распахнулся весь,роютснегпимы.– Будто было здесь?!Нет, не здесь.Мимо! —Здесь кедртопором перетроган,зарубкипод корень коры,у корня,под кедром,дорога,а в ней —император зарыт.Лишь тучифлагами плавают,да в тучахптичье вранье,крикливое и одноглавое,ругается воронье.Прельщаютмногихкороны лучи.Пожалте,дворяне и шляхта,коронуможноу нас получить,но тольковместе с шахтой.

Свердловск.

ДЕСЯТИЛЕТНЯЯ ПЕСНЯ

Дрянь адмиральская,пани бароншлиот шестнадцатиразных сторон.Пушка —французская,английский танк.БелымпапашаАнтантовый стан.БиласьСоветская нашастрана,днигрохотали разрывом гранат.Не для разбоябитва зовет —мызащищаем поляи завод.Шли деревенские,лезли из шахт,дралисьголодные,в рвании вшах.Серые шлемыс красной звездойбелой оравекрикнули:– Стой! —Били Деникина,билиМахно,так желюбогос дороги смахнем.Хрустнул,проломанный,Крыма хребет.Краснаякреплав громе побед.С вамисливалось,победу растя,сердце —рабочих,сердце —крестьян.С первой тревогоюс наших низовстомиллионныевстанем на зов.Землю колебля,в новый походдвинутдивизииКрасных пехот.Помняпринятиекрасных присяг,лаваБуденныхпойдетна рысях.Противбуржуевыхновых блокадкрасныептицызаймут облака.Крепнии славьсяв битвах веков,КраснаяАрмиябольшевиков!

1928

НАГРУЗКА ПО МАКУШКУ

КомсомолецПетр Кукушкинпретв работена рожон, —он от пятокдо макушкив сто нагрузок нагружен.Пообедав,бодрой рысьюПетямчитна культкомиссию.ПослеПетю виделиу радиолюбителей.Не прошелмимои Осоавиахима.С химиив один прыжокпрыгнулв шахматный кружок.Играть с Кукушкиным —нельзя:онпуталпешку и ферзя. —(Малюсенький затор!)Но… Петязнал,врагов разя,теорию зато.Этот Петяможетвскачькритикнутьвсемирный матч. —«Я считаю:оба плохи —Капабланка и Алехин,оба-два,в игре юля,охраняли короля.Виденв ходев этом вотнемарксистский подход.Яи часа не помешкаю —монархизмыешьте пешкою!»Заседанияи речи,ходит утро,ходит вечер,от трудов —едва дыша,и торчатв кармане френчатридцать три карандаша.Просиделсобрании двести.Дни летят,недели тают…Аж мозольнатерна месте,на котором заседают.Мозг мутится,пухнет парень,теломеньше головы,беготней своей упарен,самсебясчитает парень —разужасно деловым.Расписалсебяна год,хоть вводив работу НОТ!Где вы, Гастев с Керженцевым?!.С большинством —проголоснет,с большинством —воздержится.Год прошел.Отчет недолог.Обратились к Пете:– Где жработысмысл и толкот нагрузок этих? —Глазв презреньещурит Петь,всехокинулглазом узким:– Где жработать мне поспетьпри такой нагрузке?

1928

КТО ОН?

Кто мчится,кто скачеттакой молодой,противник мылаи в контрах с водой?Как будтоокорока ветчины,небритые щекиот грязи черны.Разит —и грязнее черных воротзубною щеткойнетронутый рот.Сроднишевелюрапомойной яме,бумажкии стружкипромеж волосьями;а в складках блузыбезвременный гробнашелэнергично раздавленный клоп.Трехлетнего потажурчащий родникпроклеили выгрязнилвесь воротник.Кто мчится,кто скачети брюки ловит,держащиесяна честном слове?Сбежавот повинностейскушных и тяжких,за скакуномхвостятся подтяжки.Кто мчится,кто скачетрезво и яропо мостовойв обход тротуара?Кто мчитбез разборасквозь слякоть и грязь,дымя по дороге,куряи плюясь?Кто мчится,кто скачетвиденьем крылатым,трамбуявстречныхувесистым матом?Кто мчится,и едет,и гонит,и скачет?Ответ —апельсинаяснее и кратче,ответположукак на блюдце я:то мчитсянаш товарищ докладчикна диспут:«Культурная революция».

1928

СЛУЖАКА

Появилисьмолодыепревоспитанные люди —Мопровзнаки золотыеимувенчивают груди.Парт-комариз МККне подточитпарнюноса:к срокувписанастрокапроф-и парт-и прочих взносов.Честен он.как честен вол.В местов собственноевроссяи не видитничегодальшесобственного носа.Коммунизмпо книге сдав,перевызубривши «измы»,онпокончил навсегда с мыслямио коммунизме.Что заглядывать далече?!Циркулярсидии жди.– Нам, мол,с вамидумать неча,еслидумают вожди. —Мелких дельцевпару шороннаделна глаза оба,чтоб служилосьхорошо,безмятежно,узколобо.День – этапрастрат и лести,день,когдапростор подлизам, —этодля негои естьсамыйрассоциализм.До коммуныперегонне покрытьна этой кляче,как нарочносозданондля чиновничьих делячеств.Блещутзнаки золотые,гордовыпяченыгруди,ходяттихомолодыеприспособленные люди.О корягиякорятсятам,где тихая вода…А на стенкедекорациейКарлы-марлы борода.Мы томимся неизвестностью,что нам делатьс ихней честностью?Комсомолец,живяв твои лета,октябрьскимозономдыша,помни,что каждый день —этап,к целинамеченнойшаг.Не наши —которыевремени в задуперлилбовмедь;быть коммунистом —значит дерзать,думать,хотеть,сметь.У насещене Эдем и рай —мещанскаятина с цвелью.Работая,мелочи соразмеряйс огромнойпоставленной целью.

1928

КРИТИКА САМОКРИТИКИ

Модою —объяты все:и размашистои куце,словнобелка в колесекаждыйсамокритикуется.Сам себясовбюрократбьетв чиновничие перси.«Явсегдасоветам рад.Критикуйте!Я —без спеси.о…стенгазное мычанье…Гдев рабкоретолку статься?Выпишите замечанияи пускайтепо инстанциям».Самокритиксовдуракрассуждает,помпадурясь:«Я же жкритикене враг.Но рабкор —разводит дурость.Критикуйте!Не обижен.Здравыммыслямсердце радо.Но…чтоб критикбылне ниже,чемсемнадцтого разряда».Сладкогласыйи ретивыйкритикует подхалим.С этойсамойдирективыне былимниктохвалим.Суткисрядумогут крытьтех,когопокрыли свыше,чтоб начальник,видя прыть,ихиз штатов быне вышиб.Важнопялятвзор спецына критическую моду, —дескать —пойте,крит-певцы,языкомтолчите воду.Многобылокаждый годразударнейших кампаний.Бытьтебев архиве мод —модана самокопанье.А рабкор?Рабкор —смотрите! —приуныли смотрит криво:от подобныхсамокритику неготрещитзагривок.Безработные ручищатычетзряв карманы он.Он —обдернут,он —прочищен,он зажати сокращен.Лава фраз —не выплыть вплавь.Где размашисто,где куцо,модныйлозунгоседлав,каждый —самокритикуется.Граждане,вы не врите-ка,что это —самокритика!Покаместточат начальникидемократические лясы,меж намиживут молчальникиовцырабочего класса.А покамолчим по-рабьи,бывшихбелыхкрепнут орды —рвут,насилуюти грабят,непокорнымплющат морды.Молчаливыхкожаустроена хитро:плюнут имв рожу – рожу вытрут.«Не по рылу грохот нам,где ж намжаловаться?Не прощаться жс крохотнымс нашимс жалованьицем».Полчасав куткепокипят,чтоб сновадрожать начать.проснитесь, которые спят!Разоблачайс головы до пят.Товарищ,не смей молчать!

1928

«ОБЩЕЕ» И «МОЕ»

Чуть-чуть еще, и он почти б

был положительнейший тип.

Иван Иваныч —чуть не «вождь»,данав ладоньвожжа ему.К немуидетбумажный дождьс припиской —«уважаемый».В делах умен,в работе —быстр.Кичиться —нет привычек.Ондобросовестный службист —не вор,не волокитчик.Великегопартийный стаж,взгляни в билет —и ахни!Карманы в ручках,а уста жсахарного сахарней.На завистьлегкость языка,увереннои пустоон,взяв путевку из ЭМКА,бубнитпод Златоуста.Поетна соловьиный лад,играетсловоправою«о здравии комсомолят,о женском равноправии».И, снявслужебные гужи,узнавши,час который,домойприедет, отслужив,и…опускает шторы.Распуститонжилет…и здесь,– здесьчастной жизни часики! —преображаетсявесьпо-третье-мещански.Чуть-чутьне с декабристоврод —хоть предковв рамы рамьте!Носыназа ушидеретза леность в политграмоте.Орет кухарке,разъярясь,супомусомкапая: «Не суп, а квас,который раз,пермячка сиволапая!..»Живешь века,века учась(гениине родятся).Под граммофонс подругойчаспод сенью шторфокстротится.Женас похлебкой из пшенасокращеназа древностью.Еговторая зам-женаи хороша,и сложена,и вымучена ревностью.Елозялапой по ногам,ерошаюбок утлость,он вертитпод носом наган:«Ты с кемсегодняпуталась?..»Пожил,и отошел,и лег,а ночьпаучит нити…Попробуйте,под потолоктеперьк немувзгляните!И сразуонвскочил и взвыл.Рассердитсяи визгнет:«Не смейтевмешиватьсявыв интимностьчастной жизни!»Мы вовсене хотим бузить.Мы кроембыт столетний.Но, боже…Марксе, упасинамзаниматься сплетней!Не будемв скважины смотретьна дрязгив вашей комнате.У васна домиз суток —треть,но знайтеи помните:глядитмещанская толпа,мусолитстол и ложе…Какпод стекляннейший колпак,на времяжизнь положим.Идясквозь бытмещанских клик,с брезгливостьюпреувеличенной,мыпеременимжизни лик,и общей,и личной.