– Вижу, капитан Немец уже успел сформировать мнение о ценностях Вишвы?

На сей раз Кави и вовсе ограничился кивком и улыбкой. Он постепенно, неотвратимо, неожиданно для себя самого погружался в ту блаженную истому, какую только и может даровать чувство возвращения в родной дом - ежели под "домом" понимать нечто куда более значимое, чем просто стены и крышу. О да; это был его мир, пусть возвращение в этот мир и оказалось столь немыслимо отличным от ожидаемого. Безопасность, - наконец-то...
– дымящийся благоуханный чинд, подчёркнуто степенная беседа со старым другом... в конце концов - он жив! Сколь ни велико было почтение принца к мистическим талантам Дурты, но ритуал переноса проводился ими впервые в достоверной истории Вишвы; записи в древних свитках, безусловно, успокаивали лишь самую чуть.

– Думья, - сказал Кави, с известным усилием вырывая себя из сладкой истомы неторопливых размышлений, - ведь твоё хранилище свитков не должно было испытать сколь-либо непоправимого урона при взрыве?

Достойный мудрец испуганно сморгнул и заблудил было глазами, однако же немедля и успокоился - по всей видимости, пришед к заключению, что гость из будущего не может не знать неких скрытых доселе подробностей, в том числе, и о секрете в подвале хижины... и, помнится, ещё двух в речных пещерах. Кави снова не сумел сдержать улыбки.

– Нет ни малейшей необходимости раскрывать точные подробности местонахождения секретов, - уверил он Дурту, - довольно того, что свитки целы и доступны для изучения.

– Эээ... нам предстоит раскрыть способ перемещения между мирами?
– помолчав, спросил мудрец.

– Я принёс с собою Карг, - ответил Кави.

Дурта блеснул глазами.

– Давай проясним, - сказал он так осторожно, словно ступал по крми, - говоря о карге, ты говоришь... о Карге? Том самом Карге?

– Я говорю о том самом Карге.

– Эээ... секрет истинного Карга раскрыт в будущем?.. Или же...
– он перевёл взгляд на сударя капитана, - это сокровенное знание принесёно в наш мир Немцем?

Но Немец только отстранённо мотнул головою, явно не желая менять гастрономические прелести шашаки на малоосмысленную, - о, лишь с его точки зрения!
– болтовню.

– Секрет Карга раскрыт в Вишве, - с тихим наслаждением произнёс Кави, - паче: в Варте. Наипаче: раскрыт тобою, о достойный Думья.

– Я знал, - сказал достойный Думья, запуская длинные пальцы в рыжую шевелюру, - я знал!.. Когда Отец-пандарин изгонял меня из монастыря - я знал! Я был уверен - величайшее из научных свершений современности, по значимости сравнимое разве что с...

– А хлеба нет ещё?
– спросил сударь капитан, дожевав наконец очередной ломоть сырной лепёшки.

– А?..
– произнёс Дурта с интонацией эльфийской княгини, в уплату чалайных долгов принуждаемой замуж за орка.

Кави в очередной раз светло позавидовал способности Немца точным замечанием преломить набирающий излишнюю ажитацию ход беседы. Увы; разум столь могучий, каким наделён Дурта, испытав пусть и единократное, но великое возмущение, способен долгое время питать собственную возбуждённость, не отвлекаясь даже и на много более насущные вопросы.

– И чинду бы ещё, - сказал сударь капитан, - а то у вас тут сплошняком... когда ещё доведётся горячего-то выпить.

– Эээ... чинда больше нет, - сообщил Дурта, заглядывая в тыкву из-под сушёных листьев.
– Да и в целом запасы еды... менее всего рассчитывал я на столь удивительных гостей.

– Я могу подстрелить кого-нибудь, - вызвался Кави-младший, зевая, но хватаясь за свой лёгкий лук.

– Сиди уж, - с непонятной иронией хмыкнул сударь капитан, - Купидон ушастый.

– Увы; охотиться в такой близости от Нагары...

– А мы что, так близко?
– забеспокоился Немец.

– О да; всего лишь около полутора часов ходьбы.

– Опасно.