— Какая разница? — Мгновение Макс сердито смотрел на бутылку, прежде чем вновь наполнить бокал. — Так как? Она всё так же читает нравоучения?

— Мисс Пеллистон никогда не читает нравоучений, — последовал укоризненный ответ.

— Тебе, может, и нет. Ты же всегда всё делаешь правильно. Говоришь с ней о книгах и ни разу не вывел её из себя, не поддразнил, чтобы увидеть, как засверкают её глаза, вздёрнется подбородок и порозовеют щёчки. А её руки. — Он уставился на свои собственные. — Маленькие белые ручки сжимаются в кулачки. Это невероятно забавно. Боже, да если она и ударит, ты, должно быть, решишь, что на лицо тебе села муха.

Лицо Джека помрачнело.

— Макс, — начал было он. Но тут же, вздрогнув, осекся, потому как дверь распахнулась и в кабинет ворвался маленький страшный гномик.

При более пристальном рассмотрении гномиком оказался Джемми, щеголявший разбитым носом и рассеченной губой. И надо сказать, нечто, в самом ближайшем будущем обещавшее превратиться в изумительного цвета «фингал», и сейчас отнюдь не добавляло ему привлекательности — его глаз оплыл и закрылся.

— Что, черт возьми, с тобой стряслось? — спросил нежданного гостя Рэнд. — Никак под копыта попал?

Джемми разразился торопливой речью, или же тем, что мог счесть речью мистер Блэквуд. Поскольку в понимании мистера Лэнгдона мальчик с тем же успехом мог изъясняться по-китайски.

Восприятие же лорда Рэнда к тому времени слегка притупилось. Так что даже ему потребовалось несколько минут, дабы разобрать хоть что-нибудь из сей тирады.

— Понял, — наконец объявил он, вновь наполняя бокал. — Тебя схватил, приняв за вора, представитель порядка. Ты стукнул его. Он ударил тебя. Ты пнул его по причинному месту и сбежал. Интересное тебе выпало приключение. А теперь иди и вымойся.

Джемми обратился к мистеру Лэнгдону:

— Он чё, глухой? Я же щаз только сказал, что она поехала с ним в управу в наёмной повозке, а он так каждный понедельник и среду кругом ошивался. Я как раз хотел ей сегодня об этом рассказать, только что-то случилось…

Тут вмешался лорд Рэнд, главным образом потому, что упоминание о «понедельнике и среде» лучиком света прорезало его затуманенный разум. В эти дни Кэтрин ходила в ателье, чтобы давать Джемми уроки. Значит, сия истеричная тирада имела какое-то отношение к Кэтрин. Теперь же, когда Макс разобрал слово «она», ему решительно потребовалось знать, кто же в таком случае «он».

Учитывая, что лорд Рэнд был самую малость нетрезв, а речь Джемми — весьма несвязна, виконту потребовалось некоторое время, чтобы ухватить суть.

— Так ты утверждаешь, что мисс Пеллистон отправилась с лордом Броуди в наёмном экипаже в магистрат? Зачем?

— Потому что думала, что тот стражник утащил меня туда. Он так и хотел сделать, я ведь уже говорил, только…

— Только ты улизнул. Что ж, значит, когда они доберутся до магистрата, то выяснят, что произошла ошибка, разве не так?

— Если только они поехали туда, — мрачно заметил Джемми.

— Что заставляет тебя считать иначе? — спросил мистер Лэнгдон.

Джемми гневно уставился на него.

— Ну я же щаз только говорил вам! Он следил за ней и всю неделю выспрашивал о ней всякие вещи. А ищо тот громила, что сцапал меня, был вовсе никакой не стражник. Он почти такой же здоровый, как вы, — обернулся он к лорду Рэнду, — только толще и нос у него весь поломанный. Я просто стражников-то всех знаю, и он не из них.

— Уверен? Может, это какой-то новый офицер, перепутавший тебя с другим мальчиком.

— Неа. Он совсем даже близко не смахивает на всяких крючков и фараонов.

Лорд Рэнд пояснил мистеру Лэнгдону, что речь идёт о стражниках и констеблях соответственно.

— Видал я его как-то в винной лавке, куда заходил вместе с мамкой. Она хотела, чтобы он помог ей заполучить работу в том доме, где служил сам, но он отказался, сказал, что она слишком старая и страшная и распугает всех клиентов.

Лорд Рэнд вмиг протрезвел и осведомился, уж не о публичном ли доме идёт речь.

— Ага, ей шибко хотелось в бордель. Она завсегда зимой рассказывала, как хочет жить в хорошем тёплом доме вместо улиц.

— Боже правый! — воскликнул мистер Лэнгдон. — Он рассуждает о доме терпимости, словно об словно о святой обители. Как только этим детям удаётся выживать?

— Возможно, в настоящее время под вопросом выживание мисс Пеллистон, Джек. Так что оставь своё благородное негодование на потом.