Она подошла к двери, и та послушно ушла в сторону, открывая взору Элины просторный коридор, залитый ярким дневным светом, идущим из широких окон. Остановившись на пороге, Ирина обернулась и, улыбнувшись, помахала ей рукой:

– Буду ждать тебя, внучка, и, кстати, у тебя глаза отца и его улыбка.

Массивная дверь послушно ушла в сторону, открывая взору довольно просторное помещение с несколькими экранами на стене и стоящими вдоль него столами, на которых размещались купола портативных виртсистем. Некогда все это было покрыто специальной защитной пленкой, которая, по идее, должна была герметизировать оборудование, сберегая его от пыли и влаги, но годы сделали свое, превратив сверхпрочный пластик в шелестящие под руками лохмотья.

– Ну и что мы тут имеем?

Айко резким движением руки содрал с одного из столов остатки защитной пленки и, плюхнувшись в стоящее рядом кресло, несколько раз звонко чихнул от взметнувшейся в воздух пыли.

– Вот ведь зараза, – бросил он, махая одной рукой перед лицом, а другой вытирая навернувшиеся на глаза слезы.

– Думать надо, прежде чем мостить свою пятую точку куда ни попадя, – поддела его Лайм, с интересом рассматривая лежавшую на столе клавиатуру, крупные пластиковые кнопки которой были «украшены» буквами незнакомого ей алфавита.

Айко в ответ лишь возмущенно фыркнул, но промолчал, полностью признавая ее правоту.

Оглядев стол и даже заглянув под него, он озадаченно хмыкнул, поскреб пальцами в затылке и, активировав свой запястник, развернул перед своим лицом туманную полоску плазмоэкрана.

– Что-то не так? – поинтересовалась Лаймалин.

– Нет, все нормально, просто пытаюсь понять, где мы находимся и как заставить этот хлам работать. Так…

Он вскочил из кресла, вновь подняв при этом облачко пыли, и, сдвинув плазмоэкран вбок, направился в глубь комнаты. Дойдя до стены, Айко замер на месте, крутя головой и что-то бормоча себе под нос, затем провел рукой по ее поверхности и вдруг неожиданно принялся долбить по ней кулаком. К удивлению Лайм, встроенные сканеры которой показывали вокруг сплошной монолит, стена треснула, и Рен, вцепившись пальцами в образовавшуюся прореху, с каким-то утробным рыком отогнул фальш-панель, скрывающую за собой небольшой щиток управления.

Спящая несколько веков техника оживала: купола виртов замерцали разноцветными огоньками, короткими писками сообщая о своем включении, а мониторы на стене засветились, и по ним побежали какие-то надписи на незнакомом Лайм языке. Над головой налились светом уцелевшие световые панели, разгоняя полумрак аварийного освещения, а промеж столов забегали юркие роботы-уборщики. Правда, большинство из них тут же замерло, уткнувшись в стены или ножки столов, однако парочка упорно продолжала свою работу, поглощая пыль и куски пластика.

– Ну вот, теперь можно и поработать, – сказал Рен, возвращаясь на прежнее место. – Что ж, давай посмотрим, что тут происходит.

Его пальцы забегали по тихонько поклацывающим клавишам, а буквы на центральном экране сменило изображение белого орла, державшего в когтях синий щит, украшенный золотистыми звездами.

– Послушай, Рен, а почему тут все такое…

– Какое? – спросил Айко, с задумчивым видом смотря на плавающий сбоку от его головы экран запястника.

– Ну не знаю, все какое-то слишком древнее, громоздкое… Такой клавиатурой ведь и убить можно.

Айко покачал головой.

– Легкая слишком. А насчет древности я бы не сказал, эти «малышки», – он простучал указательным пальцем по куполу вирта, – современным еще фору дадут. Ну а громоздкость. – Он усмехнулся, и вдруг клавиатура под его руками поплыла, сжимаясь и превращаясь в тонкие пластины со светящимися пиктограммами клавиш. – На самом деле это предок наших вэсэушек. [55]

– Здорово, никогда раньше подобного девайса не видела.

– Они редко попадаются, тем более в такой сохранности, я сам всего пару раз встречал, неплохие штуки. Кстати, почему не видела, в «Волке» ведь нечто подобное установлено, только там еще БМК [56] встроено, но смысл тот же. Так, стоп, это еще что за новости… – Брови Рена сошлись к переносице, а руки буквально запорхали над клавиатурой.

Центральный экран неожиданно моргнул, пошел рябью, и на нем появилась ухмыляющаяся физиономия вольготно развалившегося в кресле белобрысого парня, на коленях которого пристроилась худенькая девушка в полупрозрачной маечке.

– Что, не получается? – поинтересовался он сочувствующим голосом. – Ай, ай, как же так, прямо не знаю, а ты, дорогая?

Девушка противно захихикала и, чмокнув парня в губы, обернулась, показав спасателям свой язык.

– Эн Райзел, как я понимаю, – не то спросил, не то констатировал Айко, откидываясь на спинку кресла и полностью игнорируя продолжавшую кривляться девицу, которая уже задрала майку, демонстрируя спасателям свои небольшие груди. – Можно поинтересоваться, откуда у вас коды доступа такого уровня?

– Ух ты, вопрос прямо в лоб. – Он отстранил от себя девушку и, проведя рукой по ее правой груди, добавил: – Ну-ка, красавица, иди к Патрику, пусть он тебя еще сладкой таблеточкой угостит, а мне тут поговорить надо.

Девица надула губки, зло зыркнула на Рена, однако послушно спрыгнула с колен и, покачивая бедрами, удалилась куда-то в глубь комнаты, а парень наклонился прямо к объективу невидимой камеры.

– Слышь, земляшка, ты что, настолько тупой и действительно думаешь, что я тебе это расскажу, или просто дурака валяешь?