– На дурака я смотрю, – спокойным голосом ответил Рен. – И знаешь что, может, не будем ломать комедию, а сразу прекратим этот цирк, пока не произошло непоправимое.

Парень пару минут молча смотрел на Рена, щуря глаза, затем неожиданно рассмеялся.

– Ой как страшно, земляшка, я весь прямо дрожу. И что вы нам сделаете, а? Да чтобы вскрыть это бункер, вам и года не хватит, тут кругом моноброня пятого класса защиты, а попробуете пробить чем-нибудь мощным, рискуете навредить здоровью любимой дочки посла. А ее папочка этого не простит, так ведь, Кира?

Движение рукой, и камера сместилась, демонстрируя лежащую у стены на голом полу полностью обнаженную девушку, тело которой покрывали синяки и ссадины. Услышав свое имя, та вздрогнула и, подняв голову, уставилась на спасателей взглядом, полным боли и отчаянья, заставив стоявшую позади Рена Лайм нервно сдавить его плечо. Айко обернулся и, посмотрев на Лаймалин, в чьих глазах буквально полыхал нескрываемый гнев, в свою очередь, сжал ее руку, призывая успокоиться.

– Я в порядке, – тихим голосом произнесла она, высвобождая ладонь и делая шаг назад.

Меж тем камера вновь вернулась на место, демонстрируя друзьям ухмыляющееся лицо Райзела.

– Вот видите, она в порядке. Ну, почти в порядке, просто Патрик ее немного поразвлек, только вот перестарался, но они ведь парочка. – Он коротко хихикнул. – А если влюбленные ссорятся, это только по любви, и мы не должны лезть в эти отношения. Так ведь, Пат?!

– Истинно так, Летяга.

В поле зрения камеры показалась скалящаяся физиономия мускулистого парня, чей обнаженный торс украшало несколько татуировок, а правый глаз зиял огромным фингалом. Увидев Лайм, здоровяк тут же скривился и, продемонстрировав девушке средний палец, насмешливо бросил:

– Вот где я тебя видел, зеленоволосая сучка, думала, скрутила Штыря, а хрена тебе. Да я таких, как ты, знаешь, где вер…

– Успокойся, Штырь, не стоит показывать этим провинциалам своей некультурности.

В голосе белобрысого послышались нотки раздражения, и его товарищ сразу же умолк на полуслове и, что-то невнятно пробурчав себе под нос, исчез с экрана. Райзел проводил его взглядом и, демонстративно вздохнув, развел руками. – Ну что вот с ним поделаешь, вы извините Патрика за грубость, просто он с утра перебрал с выпивкой и люменом, ну вы понимаете…

– Не понимаем, – отрезал Айко. – Лучше скажите, чего вы добиваетесь?

– А ты не догадываешься? – Анклавец махнул рукой. – Да тут все просто. Хочу прославиться, и по-крупному. Ты даже не представляешь, сколько пользователей сети ждут обещанного мной шоу, и, знаешь, я просто не могу их разочаровать, тем более в моих руках такие «красавцы».

Повинуясь легкому движению его тонких пальцев, невидимая камера изменила свой ракурс, демонстрируя Рену с Лайм огромный экран со стоящим в ангаре бомбардировщиком, затем вновь повернулась назад.

– Чудесная машинка, не так ли? – Он провел рукой по голове, приглаживая и так идеально уложенные волосы, и мечтательно улыбнулся. – Признаюсь, я в полном восторге, что смог обнаружить подобное чудо на такой заштатной планетке. Прямо так и хочется забрать его с собой, чтобы и мои друзья смогли увидеть его воочию.

– Что ты задумал сделать? – процедил сквозь зубы Рен.

– О, ничего такого. Я просто заряжу эти самолетики под завязку, после чего направлю на три произвольно выбранных мной города и с помощью бортовых камер буду наблюдать, как вы пытаетесь их остановить. Поверь, шоу будет просто бомбой…

– Убью…

– Да брось, – отмахнулся Райзел. – Ну что ты со своим киборгом нам сделаешь? База практически полностью под моим контролем, а пока мы тут с тобой мирно точим лясы, Вахтан заканчивает разбираться с системой защиты, так что…

– Это только отсрочит, – прервал его Айко. – Скоро тут будет группа спецназа, и тогда никакая защита тебя не спасет. Поверь, мы тебя выковыряем из командного бункера, как моллюска из раковины.

– Ой как страшно, – оскалился анклавец. – Надеюсь, – он поднял указательный палец вверх и, выдержав паузу, ткнул им куда-то вправо, – ты не забыл про лежащий вон там мой маленький страховой полис? Бедная девочка ведь может нечаянно пострадать при штурме, и в этом виноваты будут плохие земляшки, ай-ай-ай. Я уже представляю заголовки газет: «Дочь посла изнасилована, а затем расчленена земными военными», «Безутешный отец взывает об отмщении», «Дикари с окраины убили невинную девочку».

Щека Айко нервно дернулась.

– Ты думаешь, кто-то поверит в подобную ложь?

Райзел пожал плечами.

– Журналисты любят привирать, а людская биомасса любит кушать подобное вранье, в любом случае не думаю, что вашим правителям нужен подобный скандал, кто знает, как все может повернуться. Однако именно поэтому вы нам ничего не сделаете, а когда мы сами, заметь, САМИ сдадимся, то, согласно закону, вы нас экстрадируете в ОСМ, где мы и предстанем перед судом…

– И где вы, естественно, заявите, что госпожа Байер полноправный член вашей шайки…