Он подошел к столику, остановился и кашлянул в кулак, привлекая внимание девушки. Она вздрогнула и подняла взгляд.

— Добрый вечер! — поприветствовал девушку Такеши и вежливо поклонился. — Вы меня помнить?

— Я? Вас? — В глазах девушки отразилась тревога.

— Я Такеши, — напомнил японец. — Друг Рю. Мы быть здесь уже. Оба — вы и я. И Рю.

— Э-э… Ах да. — Маша нервно улыбнулась. — Я вас помню. Конечно, помню. Вы работаете… то есть, работали с Рю?

— Да. — Такеши улыбнулся, но, вспомнив о случившемся несчастье, тут же стер улыбку с лица. — Я хотел выражать вам сочувствие. Подзалуста, примите.

Такеши вновь поклонился.

— Спасибо, — ответила девушка тихим, хрипловатым голосом. — Выпьете со мной?

Только сейчас Такеши заметил большую бутылку виски «Бушмиллс», стоявшую на столе. Бутылка была почата больше чем на треть, из чего Такеши сделал вывод, что девушка, должно быть, пьяна.

— Да, я выпить, — сказал он и сел за стол.

— В таком случае разливайте, — сказала Маша устало и безнадежно. — Вот вам пустой стакан. Я взяла его под минералку, но не пила.

Рю взял бутылку и разлил виски по стаканам. Завинтил крышечку, взялся за флакон с минералкой и вопросительно посмотрел на девушку. Она покачала головой:

— Нет, я пью чистый.

«Вот это да!» — удивился Такеши и поставил флакон.

— Давайте выпьем, — предложила Маша и первой взяла свой стакан. — Помянем Рю.

Такеши тоже взял стакан и хотел цокнуть своим стаканом о стакан девушки, но она отвела руку.

— Не чокаясь.

И первой глотнула из стакана. Поморщилась и снова отпила. Такеши рассеянно последовал ее примеру. Крепкий напиток ожег гортань.

— Жалко его, — сказала Маша, глядя на Такеши затуманенными глазами. — И себя жалко. Всех жалко.

Поглядывая на девушку, Такеши горестно вздохнул и сказал:

— Да, беда. Я так горевать. Рю очень хороший был.

— Да, — сказала Маша. — Наверное, вы правы. Он мне очень понравился. Такой душевный и такой задумчивый. И очень добрый. Со мной никто и никогда не обходился так хорошо, как Рю.

Маша снова отпила из стакана.

— И почему мне так не везет с парнями? — в сердцах проговорила она. — Стоит познакомиться с хорошим парнем, как с ним тут же что-нибудь случается?

Говорила Маша невнятно, и Такеши не разобрал некоторых слов, но смысл фразы он понял прекрасно. Сообразив, что девушка ждет от него сочувствия, он сказал:

— Да, это такая жизнь. Люди ищут и не найдут.

— Что не найдет? — прищурилась на него Маша. — О чем вы?

Такеши мягко улыбнулся и сказал:

— Счастье. Люди ищут. Трудно искать. Маша кивнула, ресницы ее дрогнули.

— Как вы это правильно сказали — ищут и никак не найдут, — проговорила она трогательным голосом. — А вы хорошо знали Рю?

Такеши на секунду задумался, потом качнул головой:

— Нет, не хорошо. Как коллеги. Один работа. Нет работа — не знал, что делает.

— Не знали, что он делает, когда остается один? Такеши кивнул:

— Да.

Маша вздохнула.

— Рю был замкнутый. Мы мало говорили о его семье.

— Рю один, — напомнил Такеши.

— Он говорил, что его отец был бухгалтер, а мать работала учительницей в школе. Они ведь умерли несколько лет назад?

— Да, — кивнул Такеши. — Не давно.

Они помолчали. Такеши почувствовал себя неуютно и захотел уйти. Но нужно было сделать это вежливо, чтобы не обидеть девушку.

— Мне нужно уходить работать, — сказал он извиняющимся голосом. — Если захотите встречаться еще раз — звоните мне.

Такеши достал из кармана визитку и положил ее на стол.

— Мой телефон, — пояснил он на всякий случай.

Маша невесело усмехнулась:

— Я поняла.

Она взяла визитку, прочитала ее и сунула в сумочку. Такеши колебался.

— А… ваш телефон? — спросил он, слегка смущаясь.

— У меня нет визитки, — сказала Маша. — Я сама вам позвоню, хорошо?

— Хорошо, — кивнул Такеши.

— Налейте мне еще, — попросила Маша.

Такеши послушно взялся за бутылку. Разливая виски, он настороженно поглядывал на девушку. Что-то в ее лице было нехорошее — какая-то обреченность, что ли. Словно Маша решилась на что-то, чего ей абсолютно не следовало делать. И вместе с тем в выражении ее лица, в манере говорить, вздрагивать, поглядывать по сторонам и на дверь проглядывал страх. Она явно чего-то или кого-то боялась.

«Может быть, она знает, кто убил Рю?» — подумал Такеши. И передернул плечами — от этой мысли ему самому стало как-то жутковато.

«Если она что-то знает или о чем-то догадывается — она в большой опасности», — подумал Такеши. За этой мыслью пришла другая: «Если она в опасности, то ведь и я в опасности! Ведь я беседую с ней, а значит, с точки зрения врага, она может выболтать мне лишнее».

Эта мысль привела Такеши в настоящий ужас. Он невольно оглянулся, а затем, точно так же, как Маша, для чего-то посмотрел на дверь.