— Ну, и что мне теперь делать?

— Поздравляю, моя милая! Вы беременны! Доктор Немцова улыбнулась. Маша посмотрела на гинеколога полными слез глазами.

— Но вы же сказали, что я никогда не смогу забеременеть, — пробормотала она дрожащим голосом. — Вы меня обманули?

Доктор Немцова развела руками:

— Ну, милая моя, врачи тоже люди и тоже иногда ошибаются. Кроме того, я никогда не говорила вам, что у вас нет шансов забеременеть. Я сказал вам, что вероятность этого — одна на тысячу.

— Но это почти ничто! — воскликнула Маша.

— Согласна, — кивнула Немцова. — Но слово «почти» здесь оказалось решающим. Не понимаю, почему вы расстроены? Вы верите в Бога?

— Нет, — сказала Маша.

— В таком случае воспринимайте беременность как подарок судьбы.

— Но я не ожидала, — навзрыд проговорила Маша. — Я не планировала.

Доктор Немцова пожала плечами.

— Чудеса невозможно запланировать. Они просто случаются, и все.

Маша всхлипнула и закрыла лицо ладонями.

— Боже мой, — пробормотала она. — Что же теперь делать?

Доктор Немцова смотрела на нее с недоумением.

— Да в чем проблема, я не понимаю? — спросила она. — Ваш парень не хочет иметь ребенка? В таком случае плюньте на этого парня и найдите другого. Милая моя, вы ведь красавица. Вам не составит труда найти хорошего, доброго мужчину, который будет о вас заботиться. Даже если на руках у вас будет ребенок. И потом, в наше время мать-одиночка не редкость. Все как-то справляются, справитесь и вы.

Маша убрала ладони от лица и отчужденно проговорила:

— Да что вы понимаете?

— Понимаю, что вам повезло, — строго сказала доктор Немцова. — И вы сами должны это понимать. Родная моя, тысячи женщин не могут иметь детей! Представьте себя на их месте. Они годами пытаются зачать ребенка, тратят на это огромные деньги, и все безрезультатно.

— Ну и пусть, — сказала Маша. — Это их проблемы.

Доктор Немцова вздохнула.

— Ну, как мне вас убедить?

— Никак, — сказала Маша. Решительность в ее голосе встревожила Немцову еще больше.

— И что вы намерены делать? — подозрительно спросила она.

Маша посмотрела на нее неподвижным взглядом и четко проговорила:

— Я хочу сделать аборт.

Немцова сглотнула слюну. Посмотрела на Машу, нахмурила брови, потом отвернулась и сказала:

— Это ваше право. Только помните, что второго шанса у вас уже не будет. Аборт сделает вас бездетной. Навсегда. И на этот раз на все сто процентов. Ваш организм не выдержит вторжения. Вы готовы пойти на такую жертву?

— Я готова, — сказала Маша.

— Вы уверены?

— Да. — Зрачки Маши сузились, губы побелели. — Это мое личное дело. Я так решила.

— Что ж, в таком случае назначим операцию на… — Немцова глянула на расписание. — На пятницу… Это через три дня. Вас устроит?

— Вполне, — сказала Маша.

— В таком случае не смею вас больше задерживать.

Маша встала с кушетки, быстро оделась и направилась к двери.

— Надеюсь, трех дней будет достаточно, чтобы еще раз все обдумать и изменить решение? — сказала ей вслед доктор Немцова.

Маша ничего не ответила и молча вышла из кабинета.

Такеши пришел в русский ресторанчик не ради праздного интереса, а чтобы помянуть погибшего сегодня коллегу и товарища — Рю Такахаси. Он помнил, что Рю любил этот ресторан, любил русскую еду и русские спиртные напитки. Такеши решил, что Рю будет приятно, если он зайдет сюда и выпьет рюмку-другую этой чудовищной «хреновухи», вспоминая о друге. Ведь ни одна мысль человека не улетучивается бесследно. Если напряженно думать о Рю, то там, в ином мире, он почувствует это, и ему будет приятно.

Едва войдя в зал ресторана, Такеши тут же увидел ее. Она сидела за тем же столиком, что и в прошлый раз. Такая же ослепительно красивая, только очень грустная.

«Как же ее зовут? — Такеши напряг память и тут же вспомнил: — Маша! Ее зовут Маша».

Несколько секунд он колебался, не зная, будет ли правильно подойти к девушке и выразить ей свое соболезнование. Или лучше не докучать ей неуместным присутствием и уйти?

Такеши попытался вспомнить, какие традиции на этот счет есть у русских и принято ли у них выражать соболезнование друзьям и родственникам умершего? Однако вспомнить ничего не удалось. Тогда Такеши решил действовать на свой страх и риск.