Шрифт:
– Сначала все обговорим, – решил Александр Борисович. – Ответьте нам на несколько вопросов. Первый. Вы знаете этого человека? Или этого?
Он показал ей сперва фоторобот Валеры, потом Антона.
– А что ему за это будет? – спросила она.
– Кому ему будет за это? – раздельно спросил Турецкий, придерживая взглядом Грязнова.
Она непонимающе пожала плечами.
– Вы только что сказали: а что ему за это будет, – терпеливо повторил Александр Борисович. – Кого именно вы имели в виду?
– Вот этого… – она показала на Валеру. – Он несколько раз ко мне приезжал вместе с Петей. Веселый. Сережку угощал шоколадом. Хорошо одет. Приехал на импортной машине, уж не помню, как называется… Я подала ему кофе, как и Пете, а ему не понравилось. Пошел и сам стал готовить. Сначала тщательно помыл кофейник, потом перемыл чашки. Еще сказал, что у меня на кухне завелись тараканы.
– Такой чистюля? – спросил Вячеслав Иванович.
– Наверное, не знаю. Одет был очень модно, рубашка крахмальная, галстук, как в театр собрался. И пахло от него дорогими духами.
Я вспомнил запах духов в той машине возле посольства. Наверняка тот самый. Хотя водителю он сказал о какой-то девице.
– Кофе хоть вкусный был? – спросил Александр Борисович.
– Да, очень, никогда такой прежде не пила, – оживилась Люда. – И научил меня, как его делать… Правда, стыдно мне стало за тараканов… А он мне руку поцеловал, когда уходил, и Пете подмигнул и палец большой показал… Предложил как-нибудь встретиться всем вместе. И хорошо, если бы я привела подружку. Петя сказал мне: познакомь его с Ирой Малышевой…
– С кем? – вскинулся Володя, до этого упорно молчавший.
– Ну с Ирой, – удивилась она. – Вы же ее знаете, Владимир Михайлович. Она в лаборатории биологической экспертизы работает. Я ее с института знаю… вместе учились… А что вы так на меня смотрите? Я что-нибудь не так сказала?
Мы растерянно смотрели на нее. И, наверное, глупо выглядели. Грязнов шумно вздыхал и шепотом матерился. Потом хлопнул меня по плечу.
– Все нормально! – бодро сказал он. – Савельев что-нибудь об этом кофейном гурмане рассказывал?
– Много говорил… Восхищался им. Да, сказал, что тот любит ходить в казино. И что он очень щедрый, всем на лапу дает. Девчонки на него вешаются.
– Богатенький? – спросил Грязнов.
– Я бы не сказала… – пожала она плечами. – Деньги у него водились, конечно, но он старался их потратить, и побыстрее. Будто руки они ему жгли! Единственный человек из всех, кого я знаю, который жил только в свое удовольствие.
– Жуир! – крякнул Вячеслав Иванович. – Ловелас! Прожигатель жизни, мать его так… Знала бы ты, какую гниду у себя принимала.
– А что он сделал? – спросила она в наступившей тишине. – Кого-то убил?
– Это его пистолет у нас, – сказал Володя, подняв голову. – Система «магнум». Ты идентифицировала отпечатки его пальцев.
– Господи… Так это его пистолет?
Она прикрыла рот рукой, со страхом глядя на нас.
– В том-то и дело… – сказал Володя. – Ты ведь знаешь, сколько выстрелов было из него сделано.
Кажется, только сейчас до нее что-то дошло. Или начало доходить.
– Фамилию не вспомните? – осторожно спросил Александр Борисович.
– Нет. Валера его зовут, это точно, а фамилии не знаю…
Она снова приняла таблетку. Ее пальцы дрожали.
– А! Вспомнил! Что-то слышал про такого… – чересчур оживленно воскликнул Вячеслав Иванович. – Завелся, мол, в казино «Золотой век» такой купчик, деньгами сорит направо-налево.
Он снова брал ее на пушку. И снова она приняла все за чистую монету.
– Так вы его знаете? – удивилась она. – Тогда зачем спрашиваете?
– Только слышал о нем. Особенно он любит казино «Золотой век».
– Ну да, что-то золотое, может, и век… – сказала она, поморщившись.
Мы переглянулись: вот, значит, как… Такое казино при желании можно отыскать. Найти там Валеру ничего не стоит. Тем более он и не думает скрываться. Но все равно, лучше бы еще расспросить.
– А этого, может, тоже видели? – спросил Александр Борисович, показав ей фоторобот Антона.
– Вроде видела, – сказала она, – приезжали как-то целой компанией. Все как на подбор. Молодые, веселые, хорошо одетые. Целую ночь с Петей что-то обсуждали. Я им кофе варила. Водку не пили, нет. Трезвые были. Когда я к ним заходила, замолкали. Под утро вдруг все, как по команде, на часы посмотрели, встали и уехали. А что…