— Если бы его на «скорой» увезли, остался бы велик, — сказал Вадик. — А тут и велика не осталось!

— Только и думаешь о своём велике!

— Ладно вам! Бедж, а с Толяном-то что?..

Бедж ещё раз взглянул на жирный след.

— Пока могу сказать одно: он жив. Не видно ни обрывков одежды, ни пятен крови…

Мы все так и вздохнули.

Бедж вдруг поднялся. Огляделся по сторонам. Тихо пробубукал:

— Откроете дверь вон той парадной. Видите?

— Видим.

— Войдёте. Только без шума у меня… Всё.

Мы так и сделали.

И сразу за дверью натолкнулись на Тольку. И велик оказался здесь, под лестницей.

— Толька!

— Живой! С велосипедом!

— А мы его ищем! Если бы не Бедж, не нашли бы! А Вадик:

— Постой, Толик. Ты чего спрятался?

— Так… хмуро отвечает.

— Нет, ты говори! Тут, понимаешь, с ног сбились. Мучаются, ищут его, а он в парадной прохлаждается!..

Толька помолчал немного, вздохнул.

— Я тут упал, — говорит грустным голосом, — и звонок от руля… видишь, отвалился…

— Я так и знал, что ты что-нибудь да сломаешь! — закричал Вадик.

— Подумаешь, звонок, — говорю. — Пустяки! Весь-то велосипед целый!

Мы с Борькой разозлились на Тольку. Ведь теперь Вадик, конечно, никому больше не даст велика.

И пока мы злились и ругались, подошёл Бедж. Он потянул меня за рукав, отвёл в сторонку. Даёт «двушку».

— Двести пятьдесят — пятьдесят — ноль пять. Телефон управления. Слетай-ка, звякни.

— Есть! — говорю.

— Доложишь коротко и ясно: Терентьев найден. Всесоюзный розыск отменить. Повтори номер телефона.

Я повторил.

Бедж щёлкнул меня слегка по затылку.

— Дуй!

Я помчался.

Звоню.

— Дежурный по управлению?.. Терентьев найден. Всесоюзный розыск отменить. Нет, это не Бедж… Так… хороший помощник. Ага, ассистент… Передадим. Обязательно. Справились. Только нам туговато пришлось без Бронетанка.

— Сожалею, — ответил дежурный, — но Бронетанк занят на другом, не менее ответственном задании, — и повесил трубку.

Я — назад.

Прибегаю — ни Беджа, ни велика.

— Где он?! — спрашиваю ребят.

— Уехал, — отвечают спокойненько.

— Как уехал?!

— Как, как!.. Сел на Вадькин велик и поехал.

— Да ты не волнуйся, он на десять минут. По срочному велосипедному делу. По другому.

— И звонок увёз, — добавил Толька.

— Тут ему, — говорю, — из управления благодарность от лица службы.

— Приедет, и передашь. А забудешь, так я передам, — говорит Борька.

Смотрим: какой-то парень несётся на велосипеде. Прямо на нас. И вовсю звенит звонком.

— Ур-ра! — закричал Толька. И так и бросился под колёса. — Звонок починен! Видите?! Звонок-то починен!..

Парень на полном ходу соскочил с седла.

Мы даже не сразу сообразили, что это Вадькин велик.

— Вот ваша машина. Бедж не подходил?

— Нет ещё.

— Ну, подождём.

— Ему тут благодарность из управления, — говорю. — От лица службы.

— У него таких благодарностей полные карманы, — отвечает парень.

Я его никогда не видел, а голос показался знакомым. Очень даже. А-а!.. Да ведь это же дежурный по управлению! Куда я звонил!..

— Вовка! Чего рот разинул?! — толкает меня Толька. — И ты, Борька! Держите велик. Шины подкачаем.

Качаем по очереди. Вдруг поднимаю голову — Бедж. Идёт рядом с какой-то женщиной. И с ними тот… из управления.

— Опять ты к детворе липнешь, — пробубукала женщина. — Я тебя спрашиваю: когда это кончится? Ведь сессия на носу. Достукаешься, выкинут тебя из института. Ой, достукаешься, Вася…

— Ну что ты, мама… Не надо, прошу тебя… Ты преувеличиваешь…

Я страшно удивился, что это Бедж так говорит. Его было просто не узнать. Какой-то совсем другой, убитый горем человек. Он даже похудел немножко. И сгорбился. Будто у него в сумке лежали не тетрадки и бумага трубочкой, а михеевские гири.

Они уже прошли мимо.

Бедж уходил. Его мама всё посматривала на него сердито, всё ворчала недовольно, и я прямо не знал, что делать, как ему помочь. Ведь нельзя, чтобы человек уходил вот такой вот… Да ещё, может, мы его больше никогда и не увидим…

И я крикнул:

— Бедж!

Он не сразу обернулся. А когда обернулся, развёл руками.

— Бедж сделал своё дело, — сказал. — Бедж может уходить, — совсем не весело сказал.

— Постой, Бедж!

— А мы как же?! — закричали ребята.