— Тогда мое имя… Юсуф Тазим да Истанбул! Мне нравится!

— Истанбул. О… Так вот как ты называешь этот город.

— Как и большинство местных жителей. Пойдем… позволь мне помочь…

— Нет, спасибо.

— Как пожелаешь. Добро пожаловать, Наставник! Рад, что ты, в конце концов, добрался до нас. Я покажу тебе город.

— Почему вы меня ждали?

— Твоя сестра прислала из Рима письмо в здешнее Братство. А потом мы получили донесение нашего шпиона о твоих подвигах в Масиафе. Поэтому мы с надеждой недели следили за доками, ожидая твоего приезда, — тут Юсуф заметил недоверчивый взгляд Эцио и усмехнулся. — Письмо написала твоя сестра Клаудия. Видишь, я знаю её имя! Могу даже показать письмо. Оно у меня с собой. Я знал, что ты не из тех, кто принимает всё за чистую монету.

— Я видел твой скрытый клинок.

— Кто кроме члена Братства мог бы носить его?

Эцио немного расслабился. Юсуф неожиданно стал серьезным.

— Пошли.

Положив руку на плечо Эцио, он повел его через толпу. Улицы, по которым они шли, были полны людьми всех национальностей и рас, по обе стороны под разноцветными навесами размещались лавки, продающие всевозможные товары. Христиане, иудеи и мусульмане торговались друг с другом, турецкие слова перемешивались с греческими, франкскими и арабскими. Из итальянских Эцио узнал венецианский, генуэзский и флорентийский диалекты. Потом они вошли в другой квартал, и в толпе зазвучали иные языки, половину из которых Эцио узнал — армянский, болгарский, сербский и персидский. Еще он услышал незнакомый гортанный язык, на котором говорили высокие светлокожие люди; у них были рыжие волосы и длинные спутанные бороды.

— Добро пожаловать в район Галата, — просиял Юсуф. — Века он был домом для всякого сброда из Европы и Азии. Нигде больше в городе ты не увидишь столько разношерстного народа. Поэтому ассассины обосновались именно здесь.

— Хотелось бы взглянуть.

Юсуф нетерпеливо кивнул.

— Kesinlikle [32] , Наставник. Сейчас! Братство с нетерпением ждет встречи с человеком, который разгромил Борджиа! — он засмеялся.

— Что, уже весь город знает, что я здесь?

— Как только я увидел тебя, я послал вперед мальчишку. В любом случае, твои стычки с тамплиерами на Святой Земле не остались незамеченными. Нам бы даже не понадобились услуги шпиона.

Эцио растерялся.

— Когда я отправился в путь, я не намеревался прибегать к насилию. Я искал лишь мудрость, — он посмотрел на своего нового помощника. — Искал содержимое библиотеки Альтаира.

Юсуф снова засмеялся, хотя уже и не так уверенно.

— Ты не знал, что её запечатали два с половиной века назад?

Эцио и сам рассмеялся в ответ.

— Нет. Это я как раз предполагал. Но признаюсь, я не ожидал, что её будут охранять тамплиеры.

Юсуф снова стал серьезным. Теперь они шли по пустым улочкам и замедлили шаг.

— Это очень тревожная весть. Еще пять лет назад у тамплиеров тут почти не было влияния. Так, жалкая кучка с мечтами о реставрации византийского престола.

Они пришли на небольшую площадь, и Юсуф отвел Эцио в сторону, указывая на четверых человек, что стояли в тени одного из зданий. На них была серая пыльная броня, а поверх красные туники из грубой шерсти и камзолы.

— Это они и есть, — сказал Юсуф, понизив голос. — Только не смотри в их сторону, — он оглянулся. — Их число растет изо дня в день. И им известно, что время султана Баязида на исходе. Они выжидают момента. Думаю, они замышляют что-то.

— Неужели у османского престола нет наследника?

— Беда в том, что их целых два. И они ненавидят друг друга. Как и всегда в королевских семьях. Едва султан кашлянет, принцы хватаются за мечи.

Эцио задумался, вспомнив, что говорил ему молодой человек на корабле.

— Должно быть, тамплиеры и османы не дают тебе скучать?

— Эцио, efendim, скажу честно, у меня не всегда есть время почистить клинок!

В этот момент раздался выстрел, и в стену в паре дюймов от головы Юсуфа вошла пуля.

Юсуф и Эцио нырнули за бочки со специями.

— Помяни дьявола, и вот он! — процедил Юсуф, поджав губы, и приподнял голову, чтобы разглядеть, как на другой стороне площади стрелок перезаряжает оружие.

— Похоже, наши византийские друзья не любят когда на них смотрят.

— Я возьму на себя того парня с мушкетом, — решил Юсуф, на глаз прикидывая расстояние между их укрытием и целью, потом дотянулся до ножен на плече и вытащил один из метательных ножей. Легко размахнувшись, он бросил оружие, и нож помчался через площадь. Перевернувшись три раза, оружие достигло цели, угодив в горло стрелку, который уже поднимал пистолет, чтобы выстрелить еще раз. Его товарищи уже бежали к ассассинам, обнажив мечи.