— Наставник.

— Наставник, — вторила ему Ирини, подошедшая к командиру.

Эцио встал у гроба и сказал:

— Знаю, что сейчас следовало бы почтить память павших, но наши враги не позволят нам такую роскошь, — он посмотрел на Догана. — Юсуф хорошо отзывался о тебе, и я не сомневаюсь в его словах. У тебя достанет силы и смелости вести этих людей за собой и хранить традиции нашего Братства так, как это делал Юсуф?

— Это будет честью, — отозвался Доган.

— Мы продолжим с честью выполнять свою работу и клянемся хранить верность Кредо, — поддержал Евраники, стоявший позади командира.

— Хорошо, — кивнул Эцио. — Я рад. — Он окинул взглядом здания, окружавшие кладбище, и увидел башню Галаты. — Наш враг совсем близко, — продолжил он. — Когда похороны закончатся, займите позиции вокруг башни и ждите моей команды.

Он поспешил прочь. Чем раньше София будет в безопасности, тем лучше.

Эцио нашел Ахмета у подножия башни, рядом с ним стоял телохранитель.

— Где она? — процедил он.

Ахмет раздражающе улыбнулся.

— Я восхищаюсь тобой, Эцио, но твоя кровожадность не дает мне назвать тебя своим другом.

— Кровожадность? Странно слышать такое от того, кто приказал убить своего племянника.

Хладнокровие Ахмета дало слабину.

— Его должны были похитить, ассассин, а не убить.

— Ах да. Его похищают византийцы. А дядя потом спасает его и выглядит героем? Таков был план?

Ахмет пожал плечами.

— Примерно.

Он незаметно кивнул, и словно из ниоткуда появилось с полдюжины тамплиеров, которые окружили ассассина.

— А теперь, мессер Аудиторе, ключи, если позволите.

Ахмет протянул руку.

Эцио дал сигнал своим людям. Ассассины с ятаганами в руках окружили тамплиеров.

— Сперва женщину, — холодно отозвался Эцио.

Ахмет усмехнулся.

— Забирай.

Он указал наверх, Эцио проследил за его взглядом и увидел наверху башни два силуэта. Голову Софии закрывал мешок, руки и ноги были связаны. Рядом с ней стоял солдат, явно собиравшийся столкнуть ее вниз.

— София! — невольно крикнул Эцио.

— Прикажи своим людям отступить, — угрожающе процедил Ахмет.

Кипя от ненависти, Эцио подчинился и бросил Ахмету сумку с ключами. Принц ловко поймал ее и заглянул внутрь, потом улыбнулся.

— Как я и сказал: забирай.

С этими словами он скрылся за бастионом, его люди последовали за ним. Принц сел в ожидающий его экипаж, и помчался к северным воротам.

Эцио не стал провожать его взглядом. Времени не было. Он с разбега прыгнул к Башне, полез вверх.

Тревога и гнев только подгоняли его, и через мгновение он был наверху. Солдат отступил к лестнице, ведущей вниз.

Эцио прыгнул вперед, оттаскивая женщину от края, и стащил с головы мешок.

Это была Азиза!

Во рту у нее торчал кляп, и девушка мычала, отчаянно пытаясь сказать что-то. Эцио освободил ее.

— Tesekkur, Mentor. Cok tesekkur ederim! [56] — выдохнула она.

Солдат усмехнулся и бросился вниз по лестнице, но там его не ждало ничего хорошего.

Эцио развязывал веревки на руках Азизы, когда девушка вскрикнула. Обернувшись, Эцио увидел на зубчатой стене неподалеку временную виселицу. На эшафоте с веревкой на шее стояла София, балансируя на стуле. На глазах у Эцио византийский солдат грубо затянул веревку на шее женщины.

Эцио прикинул расстояние между галатской башней и крепостной стеной. Предоставив Азизе самой освободиться от пут, Эцио стащил заплечную сумку и быстро достал парашют. Мгновение спустя он уже летел, направляя парашют к эшафоту, где византиец выбил из-под ног Софии стул. Снизившись, Эцио в полете крюк-ножом перерезал туго натянутую веревку, через секунду приземлился и подхватил падающее тело. Выругавшись, византиец бросился бежать. Эцио увидел, что его ассассины бегут от башни Галаты к крепостной стене, но им наперерез бросились византийцы. Ему придется действовать в одиночку.

Эцио повернулся к Софии и сорвал с нее веревку, чувствуя, как она жадно вдыхает воздух.

— Ты не ранена? — спросил он.

Она кашляла, задыхаясь, и пыталась восстановить дыхание.

— Нет, не ранена. Но весьма… удивлена.

— Я не хотел втягивать тебя в это. Прости.

— Ты не можешь отвечать за действия других людей, — хрипло ответила она.

Он дал ей время отдышаться. То, что даже в такой момент она не утратила способности мылить разумно, впечатляло!

— Скоро все… окажется позади. Но сперва я должен вернуть то, что они забрали. Кое-что крайне важное!