– Все наши парни, в смысле молодое пополнение, только о тебе и говорят, Джим. Вот, говорят, как разведчики продвинулись. – Том нервно облизал губы и, придвинувшись к Джиму ближе, вкрадчиво спросил: – Как было-то? Кайф?..

– Ты еще спрашиваешь! – пришел на помощь другу Тони. – У них по восемнадцать совместных оргазмов случалось!

– Да вы что! – воскликнул пораженный Морган и покачал головой. – Вот что значит дикари. Хорошая экология, свежий воздух. Небось в городе так не получилось бы.

– Ясное дело – не получилось бы, – согласился Тони и, посмотрев на Джима, едва сдержал улыбку. Лицо приятеля выглядело так, будто его кормили позавчерашней манной кашей.

Видимо поняв, что развития темы не будет, Том Морган сказал:

– Кстати, вы слышали новость – очередная смена для четвертого опорного будет сформирована из молодых солдат.

– А нам-то чего – мы разведка, – пожал плечами Джим. – Да и вряд ли такое возможно. Там же техника – автоматические минометы, системы слежения и прочая научная байда. Не, это слухи, наверное.

– Все эти системы просты, как для зайца барабан, – махнул рукой Том. – В смысле, все понятно. Втыкать активацию секторов на пульте я уже обучился. И даже изображения на мониторе сводил… Немного сложно, но ничего особенного.

– Так ты на каких опорных уже побывал?

– Первый раз на втором – всю смену, а потом полсмены на четвертом.

Потрепавшись о разном, Том Морган ушел. Потом друзья ходили на ужин и снова листали старые журналы. Спать легли пораньше.

Утром, еще до завтрака, Джиму поставили третий укол, а Тони ширнули витаминами. Затем док, как он выражался, еще немного «понаблюдал» приятелей, а потом вернул им обмундирование, и они возвратились в строение девятнадцать.

После проведенного курса лечения Джим стал чувствовать себя значительно лучше. Ощущение тревоги, преследовавшее его последние несколько дней, ушло.

Для Тони трехдневная передышка в санчасти тоже пошла на пользу. Полегчало ему и оттого, что его друг излечился от этой странной любовной болезни.

– Через два дня отправитесь на четвертый опорный, – неожиданно сообщил сержант Рихман, сидя за столом и при ярком электрическом свете начищая свой автомат. Сержант растягивал удовольствие и чистил автомат с такой тщательностью, будто не просто стирал с него пороховой нагар и торфяную грязь, а изготовлял оружие заново.

– А чего это нас на четвертый опорный посылают? – спросил Тони, когда немного пришел в себя. – Мы же разведчики.

– Вы прежде всего – солдаты. Ну и потом, разведчик должен уметь делать все, в том числе правильно вести себя, оказавшись в осаждаемом бункере. Так что одна смена вам не помешает.

– А бункер, что ли, будут осаждать?

– Это уж как повезет. – Сержант передернул затвор вычищенного оружия, щелкнул ударником и, удовлетворенный своей работой, понес автомат в арсенальную комнату.

Через два дня, как и обещал Рихман, сразу после завтрака возле вертолетной площадки собрались бойцы новой смены. Четвертый опорный был выбран для них не случайно. Он располагался на берегу озера Лошадиная Голова, поэтому работы по наблюдению на этом форте было втрое больше, чем на лесных фортах.

Всего собралось десять человек. Кроме Тони и Джима – два инструктора из подразделения Тома Моргана, сержант Уипп и рядовой Эрлих, сам Морган, Роман Попеску и четверо молодых солдат из роты капитана Майзера.

Пришлось подождать еще несколько минут, пока со склада не приехал электрокар с наполненными продуктами ящиками. Пилот запустил для прогрева двигатели, и бойцы стали грузиться. Помимо ящиков с едой пришлось повозиться и с огромными рюкзаками, в которых каждый солдат обязан был привезти для себя несколько комплектов обмундирования и личный продуктовый НЗ.

Наконец погрузка закончилась. Ворота закрылись, вертолет прибавил оборотов и, оторвавшись от площадки, стал разгоняться почти горизонтально, едва не зацепив крепостную стену. Впрочем, этот маневр был уже знаком всем солдатам и на него никто не обратил внимания.

Проскочив над заминированной территорией, вертолет поднялся чуть выше и помчался над самыми верхушками деревьев.

Джим стал смотреть вниз. Машина двигалась в западном направлении, и скоро внизу промелькнул рукав реки, возле которой он встречался со шпионкой. Потом зачастили болотца, и снова потянулась ровная гладь пушистой зелени.

Минут через десять ровного полета вертолет вдруг совершил резкий бросок влево, так что все попадали со скамеек. Вскакивая с пола, солдаты стали припадать к иллюминаторам, желая увидеть, что явилось причиной такого маневра. Самой причины уже не оказалось, но беловатый дымный след, изогнутый точно сабля, еще долго висел в воздухе.