Прошло минут сорок, но не было никаких следов Риггса, Сета или любых других мальчиков, да и Келтер так и не объявился. Я решила прогуляться по задним комнатам клуба: может, замечу что-то необычное. Я отошла от бара и стала продвигаться в толпе.

Мне потребовалось около четырёх минут, чтобы добраться до двери, и, если бы мне давали по доллару за каждую руку, что я почувствовала на своей заднице, я была бы просто неприлично богата.

Но, чтобы найти тех, кому эти руки принадлежат, потребовалась бы команда криминалистической лаборатории. Все здесь выглядели заслуживающими порицания. До жути виновными, как мужчины, так и женщины. Поэтому я подавила желание выбить дерьмо из каждого из тех, кто потенциально мог пощупать мою задницу, и поспешила выйти из толпы.

Я направилась прямиком к двери офиса, которая сливалась в линию с дверью женского туалета и парочками, прижимающимися к стене.

Я толкнула дверь, почувствовала, что она закрыта, развернулась, чтобы уйти, но вдруг остановилась. Прямо передо мной стояла девушка.

Почти такая же высокая, как и я, с платиновыми волосами до талии с чёрными и фиолетовыми прядями, с ног до головы в чёрной коже, она пристально смотрела на меня своими густо подведёнными глазами. Возможно, ей было все восемнадцать.

— Если ты ищешь Келтера, его здесь нет, — сказала она резко, критически осматривая меня от макушки до носков сапог. На её лице появилось отвращение. — Я видела тебя здесь той ночью с ним, — сказала она, поднесла сигарету к губам и затянулась. А затем выдохнула дым мне в лицо. — Отвали, шлюха, — прошептала она, ее дыхание отдавало затхлым пивом и сигаретами. — Келтер мой.

Я чуть не задохнулась. Не от дыма, а потому что не могла поверить, что кто-то мог хотеть Келтера Филипса. Это чертовски веселило.

Я послала ей маленькую улыбку, хотя и очень жалела её.

— Не волнуйся... в любом случае, я его не хочу.

Я оттолкнула её и ушла, а затем поняла, что не смогу выйти из «Комнаты Страха» достаточно быстро. Её глаза метали молнии в меня - я чувствовала, как они рикошетом отскакивали от моей спины.

Финн и Люк встретили меня на середине пути, и повели к выходу. Зетти посмотрел на меня, когда мы выходили, и кивнул. Он придерживал дверь, пока мы проходили, и плотно закрыл её за нами.

— Веселый чувак, — сказал Люк. — Там сегодня ничего. Переходим к следующему пункту.

Воздух снаружи стал тяжелее, более спёртым, чем раньше, и очень, очень неподвижным.

Мы забрались в джип и вырулили на Мартина Лютера Кинга.

— «Морг», — заявила я, и в течение пятнадцати минут мы добирались в гараж на Дейтон и спускались по узкой аллее к выходу.

И это было не то место, которое указывают в разделе "Ночная жизнь" туристических брошюрок Саванны.

Внутри «Морг» был домом для более грубого класса завсегдатаев клубов. Преобладали тусовщики, называющие себя вамп-готами, причём там были как женины, так и мужчины, и только непривередливые, весьма уверенные в себе и сумасшедшие люди осмеливались сюда входить.

Я знала некоторых из них, и они были чертовски круты — и я делала татуировки большинству из них. Остальные были подражателями, частично одетыми и создающими много шума, чтобы привлечь к себе внимание. Я не могла не задаться вопросом, действительно ли кто-то из них считает, что вампиры существуют. Или это только идея? Изображение? Если они и правда верят, то я поставила бы все мои чернила из тату-салона, что никто из них не думал, что вампиры - это что-то вроде Дюпре.

В отличие от «Комнаты страха», «Морг» относился к новым клубом и это оберегало меня от проблем, и часть меня была за это благодарна. Мне и Келтера вполне хватало. Я уверена, что больше мне и не надо.

Клуб был тёмным, с грохочущей музыкой. Я шагнула в пелену дыма и двинулась сквозь толпу к свободному месту у стены. Финн повернулся ко мне и опустил голову к моему уху.

— Мы разойдёмся и осмотримся, может, увидим кого-нибудь в толстовках, — сказал он. — Это займёт минут сорок. Потом мы уйдём.

Он посмотрел на меня серьезно.

— Если я понадоблюсь тебе, просто подумай об этом.

— Хорошо, — сказала я, наблюдая, как братья Дюпре разделяются и исчезают в толпе.

Для вечера понедельника это был тяжёлый микс. Людей набилось, как шпрот в банку, и, так как я пролезала по периметру, начала двигаться в толпу, чтобы лучше осмотреть клабберов.

Тёмный интерьер с мигающим светом мешал высматривать, поэтому я прошла через толпу танцоров, отбила насколько щупающих меня рук, мой взгляд скользил вдоль противоположной стены.

Рука в моей промежности - да, именно промежности - резко остановила меня, и я инстинктивно среагировала. Схватила запястье, дёрнула его вверх и выдернула оскорбителя из толпы. Молодой парень лет девятнадцати-двадцати с чёрными крашенными волосами и в серебристой сетчатой рубашке без рукавов смотрел на меня холодными, почти чёрными глазами.