– Ты молодец... – шепнул крылан и застыл в изумлении, услышав в ответ шипение разъяренной кошки:

– Теперь я вижу, что Крейн собирал команду по образу и подобию своему! – Глаза Эсме прищурились, и ее лицо вдруг изменилось, стало старше и жестче. – Уже в который раз меня хватают и куда-то тащат, позабыв спросить разрешения!

– Я спросил! – попытался оправдаться крылан, но она лишь фыркнула, возмущенно и презрительно. Джа-Джинни еще ни разу не видел Эсме такой и невольно задумался, что бы сказал об этом Крейн. Неожиданно целительница покачнулась, и Джа-Джинни испугался, что она потеряет сознание, – а потом и сам ощутил прикосновение фрегата.

– Пошли... – тихонько проговорила девушка, болезненно нахмурившись. – «Невеста» сердится, что мы не помогаем Умберто. Ему сейчас очень плохо.

Времени на споры и пререкания не осталось. Джа-Джинни взял Эсме за руку, и они решительно пошли к входу в тюрьму... где их ждал очередной неприятный сюрприз.

– Не велено пускать, – равнодушно отозвался страж в ответ на просьбу Джа-Джинни. – Не имею права.

– Что?! – изумился крылан. – Как это – не велено? Там наш товарищ, он ранен. Я целительницу привел, не кого-нибудь!

– А мне какая разница? – Страж пожал плечами. – Ранен – и что с того? Я, что ли, его на нож толкнул?

Джа-Джинни оторопел. Он не мог сейчас просто отодвинуть стражей в сторону и войти в тюрьму, невзирая на их возражения и сопротивление, не мог и угрожать оружием, поскольку тогда сам оказался бы в камере. Раньше его никогда не заботили лейстесские стражи порядка, потому что с ними не было проблем – если уж случалось кому-нибудь из команды «Невесты ветра» попасть в «яму», то на следующее же утро их обычно выкупал Крейн или же отпускал сам Скодри, разобравшись, что к чему.

«Скодри!»

– Кто запретил нас пускать? – спросил Джа-Джинни ровным голосом. Он вспомнил все, что произошло в тот памятный вечер в доме Зубастого, и ужаснулся: к каким страшным последствиям привела доброта Эсме! Но ответ стража оказался неожиданным.

– Вот они и запретили... – пробурчал тот, махнув рукой в сторону Сатто и матросов с «Утренней звезды».

Джа-Джинни обернулся; помощник Звездочета поприветствовал его издевательской ухмылкой. «Дело дрянь», – подумал крылан, а вслух сказал, насмешливо и громко:

– С каких это пор Звездочет стал в Лейстесе главным?

Как он и ожидал, Сатто в два прыжка оказался у дверей и взглянул на крылана с высоты своего немаленького роста.

– Придержи-ка язык, птичка! – рявкнул здоровяк. – Твой капитан совсем распустил команду! Давно пришла пора научить ваших придурков уму-разуму!

– Да-а? – скривился крылан, пропустив «птичку» мимо ушей. – По-моему, ты что-то перепутал. Это ваши люди напали первыми и получили по заслугам. А теперь пропусти! Мы пришли, чтобы оказать помощь раненому...

– Да пусть меня кракен съест! – Сатто присвистнул, и матросы в мгновение ока встали за его спиной. – Видел я, как этот пройдоха ранен, – от таких царапин еще никто не умирал! А Дорс ушел к Великому шторму по милости твоего дружка – так что теперь я никого туда не впущу до завтрашнего суда!

– Суда? – ошеломленно повторил крылан. – Ты перегрелся или перепил? Если Скодри по каждой поножовщине будет устраивать суд...

– Вот именно, – послышалось откуда-то сзади. – Здесь и без суда все ясно.

Джа-Джинни обернулся. Шагах в десяти от них стояли Скодри и двое слуг с факелами. На лицо Зубастого падала тень, но крылан вполне мог представить себе его выражение.

– Пропустить их, – скомандовал старый пират. – Немедленно.

И вот тут-то Джа-Джинни понял, что дела пошли и вовсе хуже некуда, потому что Сатто ни капли не испугался, а даже наоборот – повеселел. Вдобавок на площади появились еще матросы с «Утренней звезды», и их лица не оставляли сомнений в их замыслах.

– И не подумаю! – с усмешкой заявил помощник Звездочета. – С места не сдвинусь!

– Вот как? – ровным голосом спросил Скодри. – А что скажет твой капитан, когда вернется?

Сатто скорчил жалостливую гримасу, а потом расхохотался.

– Что скажет? Мой капитан?! Я соблюдаю правило, которое ты сам установил, когда был моложе, – до суда никто не должен видеться с убийцей! А суд будет, потому что команда этого хочет, и ты не сможешь нам запретить! – Он огляделся и добавил: – Всем известно, что вы с Крейном друзья, но справедливость еще никто не отменял! И вообще, час поздний – тебе пора на отдых, старик!