В толпе матросов послышались смешки. Джа-Джинни на мгновение прикрыл глаза; от ужаса ему захотелось все бросить и улететь куда глаза глядят. Он знал, он чувствовал, что скоро власти Зубастого придет конец, но не так быстро и не таким жестоким способом! Люс, Агнес, девочки – что их ждет, если Скодри не вернется с этой площади?..

– Вот как? – Зубастый негромко рассмеялся. – Любопытно. Сдается мне, твой капитан все заранее рассчитал и предвидел, даже исчезновение пятнадцати лодок и эту глупую ссору на пристани. Ох, как он проницателен. Или я не прав и в этом лишь твоя заслуга?

Сатто прищурился и ничего не сказал.

– Мне известен всего один способ предвидеть такие вещи, – продолжал между тем Скодри. – Организоватьих самому. Что ж, в данный момент преимущество на твоей стороне – я стар и слаб, со мной всего-то два человека. Легкая добыча, не спорю. Но что ты будешь делать завтра, когда вернутся из дозора фрегаты? Что ты будешь делать, когда здесь появится Лайра Отчаянный?

На мгновение во взгляде Сатто промелькнуло что-то похожее на страх. Джа-Джинни показалось слишком уж невероятным, что Звездочет спланировал переворот в Лейстесе, значит – его помощник все устроил сам.

– Мне плевать... – начал Сатто, но договорить ему не дали. Джа-Джинни охнуть не успел, как Эсме метнулась вперед и бесстрашно встала прямо перед моряком, который был выше ее на две головы и раза в три шире в плечах.

– Хватит пререкаться! – крикнула целительница со слезами на глазах. – Там умирает человек, я это чувствую! Будет суд или нет, но, если я сейчас не войду, Умберто не доживет до завтрашнего утра!

Стоило ей это сказать, и Джа-Джинни вдруг словно затянуло в водоворот. Ощущение было очень неприятное...

...вторжение в его память было весьма бесцеремонным: некто очень быстро и грубо переворошил воспоминания последних дней, задержавшись на истории с лодками и недовольно цыкнув зубом при виде крылана, барахтающегося в воде.

«Прости, – сказал знакомый голос. – У меня не было другого выхода».

Он не пообещал, что больше не будет...

– Ты слышишь меня?! – Эсме шагнула вперед, сжав кулаки. – Пропусти сейчас же!

И – о ужас! – Сатто отступил.

Эсме рванулась вперед, не оглядываясь; следом за ней заторопились стражи, показывая дорогу. Крылан подумал, что они вряд ли высунут нос наружу, пока все не закончится, – в гневе Зубастый страшен. Сам он не двинулся с места, потому что не совсем пришел в себя после случившегося... и потому что хотел увидеть, что произойдет дальше между двумя пиратами, молодым и старым.

К тому же уже вот-вот должно было появиться еще одно действующее лицо.

– Ну что, продолжим нашу милую беседу? – ироничным тоном поинтересовался Скодри. Он стоял на прежнем месте и, казалось, не считал происходящее чем-то особенно важным. – Ты поведал мне столько интересного, что прямо-таки не удержусь, спрошу: а Звездочет того же мнения?

– Да! – выкрикнул Сатто. – Я командую людьми, пока его нет, и говорю за него...

– Это я понял, – усмехнулся Зубастый. – Но вот согласится ли он с тем, что ты успел тут наболтать?

Помощник Звездочета сжал кулаки, но в голосе появились нотки неуверенности:

– Я защищал своих людей...

– Понятно! – коротко бросил Зубастый и... свистнул. Но это был не короткий свист, который издал незадолго до этого Сатто, а виртуозная разбойничья трель.

Тотчас же из подворотен, стенных ниш, узких улочек, сбегавшихся к площади, выступили вооруженные люди, и Джа-Джинни с немалым удивлением заметил зеленые куртки – в свете факелов они были прекрасно видны. Матросы Звездочета в растерянности оглядывались по сторонам; их окружили со всех сторон.

– Как видишь, не все согласны с тем, что мне пора на покой, – негромко проговорил Скодри. – Я бы даже сказал, ты в меньшинстве.

– Ты... – заговорил Сатто после долгой паузы и закашлялся. Зубастый спокойно ждал, пока к его собеседнику вернется голос. – Ты меня неправильно понял. Я... всего лишь проявил заботу о твоем здоровье. Мы... очень ценим тебя и никогда бы не стали...

– Достаточно! – прервал эти словоизлияния Скодри. – Истинная правда, уже глубокая ночь, а завтра трудный день. Суд, говоришь? Хорошо, будет суд. А теперь искренне советую отправиться... на отдых.