Шрифт:
«Мы их нашли, ну надо же...»
Крылан подставил мокрую спину под лучи заходящего солнца и легкий ветерок, который тут же взъерошил его перья. Итак, у Звездочета есть хакке, но для чего он заставил свой фрегат смириться со страшным грузом на борту? Карго пирату бесполезен, а разве можно использовать хакке для чего-то другого?..
Ночь упала на Благодатную бухту внезапно, как всегда происходило в этих широтах, – кажется, только что над горизонтом виднелась еще добрая половина солнечного диска, и вот уже наступила тьма. Далекая пристань осветилась огнями; изредка ветер доносил отзвуки голосов и веселого смеха.
– Что-то случилось, – проговорил крылан. Он стоял на выступе скалы, переминаясь с ноги на ногу. – Какая-то большая неприятность. Искусай меня медуза...
За это время Умберто мог бы раз пять добраться до пристани и обратно. Может быть, он не сумел отыскать Свена? Джа-Джинни хотелось, чтобы все оказалось именно так, но в глубине души он понимал, сколь хрупка эта надежда.
«Что же мне делать?»
Даже если не произошло ничего серьезного, ночью Умберто вряд ли отыщет это место – все приметные деревья и скалы надежно скрывала тьма. Нужно было улетать, но как? Джа-Джинни огляделся вокруг: подняться по скале? Глупо. Он упадет вниз и разобьется о камни. А взлететь с уступа, на котором стоял, он не мог...
...или мог?
Он вспомнил, как взлетал той ночью, когда на Лейлу напали неизвестные, вспомнил совет Эсме – брошенный ненароком, но оказавшийся таким полезным. Однако там, на темной лейстесской улице, ему в случае неудачи грозили несколько синяков и ссадин, а что сейчас?
«Если я коснусь воды, мне конец».
Джа-Джинни расправил крылья – Умберто обломал ему немало перьев, пока втаскивал на уступ, – а потом закрыл глаза и попытался представить себя настоящей птицей...
...подлетая к пристани, он ощутил присутствие «Невесты ветра» в своем сознании: фрегат был взволнован. Джа-Джинни сделал круг над доками, а потом опустился на полуют «Невесты», где стоял корабельный мастер.
– У нас неприятности, – с ходу заявил Эрдан, чье суровое лицо не оставляло сомнений в том, что дело и впрямь плохо. На палубе показалась бледная Эсме, тщательно скрывающая страх под маской сосредоточенной уверенности.
– Что стряслось?
– Возле лодочных загонов была драка, – коротко объяснил Эрдан. – Несколько матросов Звездочета сцепились с Умберто, и он одного из них уделал насмерть. Потом подоспели стражи порядка и забрали его в тюрьму.
Крылан в сердцах помянул кракена.
– «Невеста» говорит мне, что он тяжело ранен, – сказал мастер-корабел. – Ты как раз вовремя успел, мы с Эсме собрались пойти туда.
– Хорошая мысль, – согласился Джа-Джинни. – Хотя знаешь что, Эрдан... лучше тебе побыть здесь. Мало ли что случится?
Он и Эрдан обменялись многозначительными взглядами; Эсме нахмурилась. Корабельный мастер кивнул и отступил, а потом крылан посмотрел на целительницу.
– Не хочешь... полетать?
Она обомлела. Джа-Джинни понимал, что такое предложение кого угодно вгонит в дрожь, но времени на уговоры не оставалось. «Она сама говорила, что это было прекрасно!» Он подхватил Эсме, разбежался и взлетел – прежде, чем она успела опомниться.
«Может, это и впрямь прекрасно... но в тот раз она спала!»
– Обними меня за шею и постарайся не дергаться! – крикнул он, когда они поднялись над мачтами «Невесты ветра». – Думай о том, как эффектно мы появимся!
Предупреждение оказалось лишним: она была неподвижна, словно кукла, но отчего-то показалась ему тяжелее, чем прошлой ночью. Крылан понял, что купание не прошло даром, – он почувствовал сильную усталость и даже слегка испугался, что не дотянет до площади Согласия, где и располагалась лейстесская тюрьма.
«Кристобаль, где тебя носит?!.»
У здания тюрьмы стояли несколько стражей с факелами, а чуть подальше Джа-Джинни увидел человека, с которым ему меньше всего хотелось встречаться, – Сатто, правую руку Звездочета. Рядом с ним было пятеро здоровенных матросов, и вся эта милая компания, задрав головы, наблюдала за полетом крылана.
– Ну что, ты готова? – спросил Джа-Джинни, прикидывая, где бы сесть. Вместо ответа Эсме чуть сжала его плечо. – Спускаюсь! Все будет хорошо, вот увидишь...
Коснувшись земли, крылан пробежал несколько шагов, лишь потом сумел остановиться – и сам себя поздравил с тем, что не сломал ноги. Впрочем, в присутствии Эсме это было пустяком: гораздо глубже оказалась бы рана, нанесенная его самолюбию. Но все обошлось, и теперь предстояло выполнить трудную, но не такую опасную для жизни часть его плана.
Крылан встретился взглядом с Эсме. Лицо целительницы все еще оставалось бледным, хотя другой на ее месте выглядел бы намного хуже. Она в очередной раз показала свою храбрость.