– Хватит уже, оставьте свои жалкие и смешные попытки к сопротивлению, - отмахнулся капитан, отворачиваясь от пленных.
– Я, в любом случае, постараюсь, чтобы вы смогли выдержать как можно большее число экспериментов и основных процедур. Наркотики и специальные препараты будут притуплять боль. Да и в нормальном сознании вы вряд ли сможете вновь себя ощущать уже после первой вакцинации. Нэму, чего ты копаешься?!

Лейтенант, уже направлявшаяся к Нел, внезапно замерла, будто к чему-то прислушиваясь. Маюри тоже повел головой из стороны в сторону. В общем духовном фоне что-то явно переменилось, возникло что-то новое, но слабое. Совсем близко...

Мощный удар отшвырнул сломанное тело Нэму, заставив покатиться изувеченной куклой по завалу, в который превратилась соседняя улица. Громадный пустой, поднявшийся во весь свой пугающий рост, отряхнул полы черной шинели и посмотрел на Нелиель.

– Прошу прощения за задержку. Мы опоздали в Лас Ночес, и это было непростительно.

– Ничего...

На губах Куарто, несмотря на слабость, проступила улыбка, и девушка медленно осела на землю, не в силах больше держаться. Гигант, тем временем обернулся к Маюри, в глазах которого зажглись полубезумные огоньки.

– Полиморфическая маскировка и полное экранирование истинной реяцу, как необычно...

– Видимо, и я не ошибся, - лысая голова Ортеги чуть склонилась в сторону, с интересом разглядывая руководителя всех научных разработок Сообщества Душ.
– Я много слышал о вас, капитан Куротсучи.

Глава 20

Стоя на расстоянии всего нескольких метров, шинигами и адьюкас продолжали некоторое время, молча, рассматривать друг друга во всех подробностях.

– Хм, судя по предварительным данным, твои показатели физической силы намного выше среднестатистических, - заговорил, наконец, Куротсучи.
– Силовые типы пустых обычно не склонны к регенерации, и это делает их не столь пригодными для продолжительных опытов. Однако если твоя выносливость окажется на том же уровне, что и ударная мощь, то это все-таки позволит провести все дополнительные эксперименты, - Маюри на пару секунд замолчал, видимо, прокручивая в голове какие-то мысли.
– Я сделаю тебе щедрое предложение, пустой. Условия содержания будут максимально комфортными, в качестве пищи будут предоставляться пустые низшего уровня, а наркотиков и обезболивающих ты сможешь получить ровно столько, сколько сам пожелаешь.

– Действительно, заманчивая перспектива, - без улыбки ответил Ортега.
– Но боюсь, если я приму эти условия то, это помешает мне выполнить некоторые полученные приказы.

– Вот как?
– проявил искренний интерес шинигами.

– Именно, - кивнул адьюкас и поднял левую руку, демонстративно загибая свои узловатые пальцы.
– Например, первый из них - по возможности любыми средствами сохранить жизнь и вытащить из боя Нелиель Ту Одершванк, Куарто Эспада, - массивная голова Кортеса слегка мотнула квадратным подбородков в сторону лежавшей девушки.
– Но, кроме того, есть еще и второй. Онее-сан сказала мне так, если вдруг случайно выпадет возможность, то убей капитана Куротсучи Маюри.

Глава двенадцатого отряда поджал досадливо губы.

– Примитивные формы жизни. Чего еще было от вас ожидать? Ты слишком предан своей хозяйке, это было видно еще во время вашей встречи с этим идиотом Октавой.

– Так вот значит, чьих духовных паразитов я почуял в том мальчишке-квинси. Ювелирная работа, капитан.

– Разумеется. Но и ты был неплох, пустой. Тот же Заэль даже не заметил их. Кстати, каким образом ты их удалил?

– Просто сказал очкарику, что они в нем есть. А дальше он и сам уже справился.

– И после всего увиденного, ты все равно хочешь сражаться со мной? Мне кажется, это несколько самонадеянно, нет?

Адьюкас лишь пожал плечами в ответ, как бы говоря, что не собирается спорить, и ушел в сонидо, открывая бой своей первой атакой. Куротсучи успел резко отпрыгнуть в сторону, и кулак пустого оставил в потрескавшемся асфальте здоровенную выбоину. Контратака со стороны капитана последовала незамедлительно, но Кортес, даже не пытаясь уклоняться от занпакто шинигами, едва не размазал того в кровавую слизь серией своих чудовищных ударов. Жутковатый меч главы Исследовательского Института несколько раз пропорол рукава и полы шинели, оставляя глубокие царапины на руках и торсе Ортеги.

Оказавшись через сюмпо на обломке бетона, возвышавшемся рядом, Куротсучи хищно оскалился, демонстрируя свои золоченые зубы. Оставшийся внизу адьюкас, насмешливо прищурил правый глаз, и неторопливо стянул шинель с бугристых плеч. Увиденное, Маюри не обрадовало и даже в некоторое степени поразило.

Дымящиеся капли густого сиреневого яда медленно вытекали из ран Ортеги и, скользя по коже, срывались на землю. Было заметно, что паралитический коктейль выходит из тела пустого в чистом виде, не успев причинить тому каких бы то ни было неудобств. Самодовольная улыбка на лице у Кортеса полностью подтверждала сей факт.