Новые атаки через сонидо со стороны адьюкаса заставили Маюри уклоняться и избегать открытого столкновения. Ученый прекрасно понимал, что только для восстановления у занпакто хотя бы функций шикая, потребуется минимум час. Некоторая неповоротливость противника в сравнении с шинигами давала Куротсучи возможность потянуть время и разработать новый план, чем он собственно и занимался. Но первая путная мысль пришла к Маюри с некоторым запозданием.

Выйдя из очередного сонидо, Кортес намеренно подставил под удар меча свою левую руку. Занпакто вошел пустому в ладонь и распорол часть предплечья. Но как выяснилось, этого Ортега и добивался. Его кисть, двигаясь вдоль лезвия, на котором была насажена, сомкнулась на запястье капитана, ломая цубу катаны и пальцы ее владельца. Прежде чем капитан успел скрыться в сюмпо, адьюкас одним мощным рывком вырвал руку Маюри из плечевого сустава. Для Куротсучи потеря конечности не была чем-то страшным, но из-за резкой боли капитан на пару мгновений потерял инициативу, и этого его противнику хватило с лихвой.

– Поганый урод!
– взвизгнул Маюри.
– Ни один пустой не посмеет...

Чужие пальцы сжали бока командира двенадцатого отряда до хруста в костях. Ортега без особых трудностей оторвал врага от земли, поднимая на уровень своего лица. Нижняя челюсть с отчетливым щелчком вышла из сустава, распахивая пасть Кортеса почти в два раза больше обычного. В глубинах темной глотки пустого засветился крошечный огонек формирующегося серо.

Последняя попытка Куротсучи вырваться из объятий Ортеги провалилась, фактически еще не начавшись. Поток чистого рубинового света буквально испепелил голову и правую часть груди капитана. Спустя секунду уцелевшая левая рука шинигами приподнялась чуть вверх, и на кнопку зажатого в ней детонатора надавил большой палец с накрашенным ногтем. Клубящийся султан из земли, асфальта и бетонной пыли, взметнувшийся на месте взрыва, по высоте почти равнялся ближайшим многоэтажным зданиям.

На дне глубокого кратера, похожего на острый перевернутый конус, замерла могучая плечистая фигура. Покачнувшись и все-таки не удержавшись на ногах, громадный пустой тяжело рухнул на колени.

– Простите, онее-сан, - прошептали разбитые губы.
– Я... не смог...

Сознание окончательно покинуло адьюкаса, и черная горелая земля внезапно бросилась навстречу Кортесу, с силой ударив в лицо.

* * *

Сражение, захватившее улицы поддельной Каракуры, почти не интересовало этих троих, зависших в небе высоко над городом. Жаркая огненная сфера, в которую были заключены предатели-капитаны, была разрушена мощнейшей волной реяцу, пришедшей изнутри, и теперь командующий Готей-13 Ямамото Шикекуни бесстрастно взирал на улыбающиеся лица Айзена и Ичимару.

– Похоже, твой прогресс был даже больше, чем мне представлялось, - взгляд старика из-под кустистых бровей мог бы, похоже, воспламенять все вокруг не хуже, чем занпакто командующего силами Сообщества Душ.

– Я всего лишь хотел дождаться прибытия всех гостей, - спокойствие Айзена удивляло и вызывало у Ямамото странные опасения.

– И они уже здесь, - подтвердил Ичимару.

Появление в городе новых мощных источников реяцу и вправду трудно было бы не заметить, особенно после того, как большая часть их обладателей также вступили в бой. И в этом моменте сейчас все сильнее проявлялись детали, которые совсем не нравились командующему. То, что некоторые пустые убивали других пустых, было еще нормально. Ведь для того и заключался шаткий союз между черной пагодой и Готеем-13. Но было и нечто совсем другое.

Ямамото без труда сумел ощутить, как резко вспыхнула и столь же внезапно угасла духовная сила капитана Камамуры, когда рядом находился лишь только Зараки Кенпачи. Необъяснимым образом рассеялся вихрь в том месте, где сражался со своим противником капитан Хицугая, и при этом ничуть ни было заметно, чтобы кто-то одержал победу в упомянутом поединке. Что-то столь же странное уже творилось и там, где должен был находиться глава Исследовательского Института.

Если бы он только мог... Но Ямамото не мог. Ведь уйти сейчас и начать проверять, что же все-таки происходит, означало бы освободить руки Айзену, и без того слишком быстро справившемуся с огненной тюрьмой. Впрочем, бывший капитан оказался достаточно любезен, чтобы ответить командующему на интересующие его вопросы.

– Я так полагаю, это, наконец-то, вмешались в наш маленький спор представители черной башни, - продолжал улыбаться предатель.
– И насколько я вижу, они действуют именно так, как я и рассчитывал. Нанести удар в спину обеим сторонам в этом конфликте в самый решающий момент. Что может быть изящнее и коварнее? Разумеется, предводительница этого сборища не смогла упустить такой шанс.

– Значит, эти пустые сражаются на твоей стороне? Их предложение о союзе было всего лишь обманом и хитрой ловушкой, - откровенно говоря, факт предательства не сильно удивил Ямамото, к чему-то подобному он был изначально готов. Потому-то и собирался расторгнуть взаимные обязательства с хозяйкой башни и ее наймитами, но чуть позже и на условиях более выгодных для Готея.

– Нет, они так и не приняли соглашения об аннексии или союзе, - Айзен лишь покачал головой.
– И сейчас они убивают не только твоих, но и моих солдат. Некоторых они даже перетягивают на свою сторону, причем как арранкаров, так и шинигами.

Последнее утверждение неожиданно сильно резануло сознание Ямамото. Мог ли он настолько недооценить этих ублюдков?

– Мне даже в чем-то нравится их стиль, - продолжил, тем временем, бывший капитан.
– У него есть свое странное благородство. И все же, они делают именно то, что мне нужно. Не встав под мои знамена, эти пустые все-таки бьются с Готеем. Что касается Эспады... Для меня их потеря не столь значительна. С самого начала им предназначено было стать лишь жертвой моей победы. А тот элемент хаоса, который привнесло вмешательство третьей силы, как ни странно, дает мне куда больший простор для маневра, чем реши я и дальше следовать своему первоначальному плану.

– Пусть так, - усмехнулся вдруг Ямамото.
– Но тогда поясни, будь любезен, что там идет дальше в твоем плане, после того, как ты умираешь от моего меча?

– Зачем же так забегать вперед, - глаза Айзена хитро прищурились.
– Остановимся пока на том месте, где командующий Готей-13 только пытается это сделать.

Провал гарганты со скрежетом разорвал пространство по левую руку от Гина.

– Ямамото-сама, - голос Ичимару был полон горького яда.
– Позвольте представить вам. Вандервайс, нумерос 77.