По тому, как бандит отстреливался короткими очередями и грамотно менял одну позицию на другую, видно было, что он профессионал высокого класса. Трое его противников уже неподвижно лежали на песке. Поручик надеялся, что среди них не было капитана Орлова.

Последний из «призраков» занял удобную позицию. Он закрепился на бархане, откуда с удобством мог простреливать всю территорию лагеря, и теперь ждал подхода своих. Стрельбу и взрывы за спиной он воспринял неверно. Решил, что это его сообщники уничтожили заслон бедуинов.

Поручик неслышно зашел сбоку. Подкрадываться к противнику сзади было небезопасно – могли подстрелить свои. «Призрак» как раз загнал в автомат новый рожок и приготовился расстрелять залегших перед ним как на ладони защитников лагеря. Поручик послал пулю ему в затвор автомата. И, прежде чем оторопевший от неожиданности боевик пришел в себя, метнулся к нему по сыпучему песку.

Удар ногой в висок опрокинул «призрака» на спину и отключил на несколько секунд. Этого хватило Поручику, чтобы связать противника его же собственным брючным ремнем. Сделав это, он помахал Птенчику.

– Порядок. Ты живой? Как Ольга?

Тот поднялся и поспешил к старшему лейтенанту.

– Живой. Ольга в порядке.

– Потери есть?

– Шейх ранен, убиты один бедуин и две женщины. Боюсь, местные этого призрака сейчас на портянки порвут. Даже тени не останется.

– А разве у призраков бывают тени? – задумался Поручик.

Но тут в свете луны показались Серегин с Копняком. Поручик кратко доложил результаты операции. Майор обрадовался:

– Взял все-таки живым? Молодец, я в тебе не сомневался! А нам вот не удалось. И вездеход пришлось взорвать. Жалко, могли бы с ветерком прокатиться.

Поручик скромно потупил взор. О том, что захват языка произошел почти случайно, он предпочел умолчать.

– Мы тоже вездеход сожгли, – признался он. – Зато нашли квадроцикл. Если бы к нему какую-нибудь телегу прицепить, можно было бы и с ветерком прокатиться.

Копняк тут же занялся транспортным средством. Он перевернул его на колеса и стал осматривать повреждения. Майор, Поручик и Орлов занялись пленным. Вокруг, на некотором отдалении, стали собираться обитатели лагеря. Их лица были искажены яростью, они жаждали мести.

– Если будешь молчать, отдадим тебя бедуинам, – припугнул бандита Поручик.

– Нет, я все скажу, только не убивайте! – запричитал бандит.

Поручик посмотрел на Серегина. Тот молча кивнул:

– Хорошо, даю слово. Тебе сохранят жизнь. Рассказывай.

Тот торопливо принялся говорить. По его словам выходило, что «призраки» и в самом деле заняли оставленную британцами базу. Численность террористов была небольшой, человек двести. Но все они прекрасно вооружены и подготовлены.

При этих словах Поручик и Серегин переглянулись и с трудом сдержали ухмылку. Подготовка «призраков» полностью соответствовала старой русской поговорке: «Молодец на овец, а на молодца – и сам овца».

Десантников больше всего интересовало место, где бандиты могли держать президента Правдина. Пленный об этом не знал. Но слышал, что из Басры на вертолете доставили какого-то важного заложника. Его и других заложников держали в самой большой казарме. Если их попробуют освободить, охране приказано убить всех.

– Я не вру, клянусь! – с жаром закончил пленник.

– Ты ему веришь? – вполголоса спросил Поручика командир.

– Слово, данное правоверным неверному, ничего не значит, – напомнил старший лейтенант. – Придем, сами разберемся.

– А что будем делать с этим «вселяющим страх»?

Голицын пожал плечами:

– А что с ним сделаешь? Тащить с собой и опасно, и бессмысленно. Здесь тоже не оставишь, местные его живым съедят. И в пустыню не отпустишь – это значит обречь его на мучительную смерть. Придется убить самому. Быстро и без мучений. Он же все сказал.

Майор нахмурился:

– Ты же ему слово дал…

Поручик снова пожал плечами:

– Слово, данное неверным правоверному, тоже ничего не значит. Кстати, ты не забыл, зачем они приходили? Если бы мы сюда случайно не забрели, здесь бы сейчас не осталось ни одного живого человека, все были бы убиты. И Ольга тоже.

Не оборачиваясь, он вскинул руку с пистолетом и влепил пленнику пулю точно между глаз. Тот даже заметить не успел, что его убивают.

– Кстати, а Ольга-то где? – вспомнил Серегин.