При упоминании об эле Канар крякнул, широко улыбнулся и погладил бороду, Лэнарда нахмурилась, а Верлойн лишь качнул головой и усмехнулся.

Трактиром, как и предполагали путники, оказался трехэтажный каменный дом – пьяная толпа уже разошлась, несколько вдрызг пьяных горцев валялись на траве возле дороги, некоторые громко храпели в сточной канаве.

Над дубовыми, окованными бронзой дверями висела вывеска с названием трактира: «Стальной кабан».

– Странное название, – сказала Лэнарда.

Верлойн хмыкнул. Он встречал названия и нелепее этого. Да и Канар, судя по его ухмылке, был не понаслышке знаком с такими заведениями. На западе и юге не осталось практически ни одного трактира, который Канар не посетил, – за долгую жизнь путешественника он обошел все злачные места крупных городов южных и западных королевств.

Спешившись, путники оставили коней на попечение уставшего бледного слуги, который увел скакунов в конюшню, и вошли в трактир. Они оказались в большом зале, заполненном табачным дымом, – тот, словно сизый туман, скрывал подробности обстановки. В нос ударил острый запах скисшего вина, забродившего эля, дыма и пота. Огромное помещение, в котором они очутились, освещалось пылающим камином и маленькими оконцами, сквозь которые с трудом пробивался солнечный свет. Вечером зажигались факелы, вставленные в специальные крепления на стенах. Массивные дубовые столы и длинные скамейки представляли собой почти всю мебель зала.

Сейчас трактир был почти пуст – лишь четверо посетителей сидели у камина, громко разговаривая, да один пьяный горец уронил голову на дубовый стол, обняв пустую кружку. Четверо сидящих у камина были рыцарями Свана. Их широкие мечи были прислонены к столу, черные рогатые шлемы лежали рядом с кружками, наполненными вином и элем.

Когда путники вошли в трактир, громкий разговор смолк, и четверо повернулись к ним. Быстро оглядев Верлойна и Канара, внимательно рассмотрев Макадора и Лэнарду, горцы отвернулись и продолжили беседу.

Перед путниками из серого табачного дыма появился хозяин – дородный мужчина с густыми усами и бородой, одетый в свободную, промокшую от пота рубаху, заправленную в синие штаны, которые, в свою очередь, были заправлены в невысокие кожаные сапоги. Он выглядел типичным хозяином трактира, коих полно на той и другой стороне Ридела.

– Что пожелают господа? – устало спросил он, выдавив из себя улыбку.

Его маленькие глазки быстро оглядели каждого из путников, и, видимо, осмотр его удовлетворил: хозяин решил, что перед ним – обычные чужеземцы, невесть как оказавшиеся в центре военных действий.

Привычный к трактирной жизни Канар ответил:

– Господа пожелают четыре кружки эля, что-нибудь пожевать, и побыстрее!

Трактирщик кивнул – ответ был обычным и не вызывал подозрений. Трактирщик ретировался, словно призрак растворившись в табачном дыму.

Путники заняли столик у окна, где не так чувствовался тошнотворный запах ночной гулянки. Верлойн обратил внимание на то, что Лэнарда заметно нервничает: девушка, видимо, не привыкла к подобным заведениям. Макадор же с Канаром чувствовали себя как нельзя лучше в этой смрадной обстановке.

Когда трактирщик принес пенистый эль в больших кружках и мелко нарезанную вареную говядину, юноша и телохранитель сразу взялись за выпивку, заметно оживившись. Канар отхлебнул половину кружки, удовлетворенно хрюкнул и подмигнул Верлойну. Тот поднял свою, мигом ее осушил и кивнул. Эль и впрямь был славный.

В это время Макадор поманил пальцем трактирщика. Тот подошел и наклонился к юноше, рассматривая его лицо.

– Где-то я тебя видел, паренек, – сказал трактирщик. – Ты случайно не местный?

– Может, местный, может, нет, – рассмеялся Макадор. – Какая разница? Ты мне лучше вот что скажи, – он кивнул в сторону горцев, – новости какие есть?

Трактирщик обернулся, взглянул на рыцарей, пробормотал проклятие и вновь посмотрел на Макадора.

– Да нет пока. Один тут, правда, разболтал по пьяни, что дня через четыре готовят решающий штурм, да кто его знает – может, врал. Сейчас они только и делают, что дерут глотки, распевая победные песни, да хлещут эль и вино словно свиньи.

– Видно, ночка горячая выдалась? – сочувственно поинтересовался Канар.

– Еще какая, – вздохнул трактирщик. – Слава Небу, хоть трактир не сожгли!

– Эй, трактирщик! Давай сюда еще эля! – гаркнул один из горцев.

Трактирщик вздохнул и отправился выполнять заказ. Макадор хмыкнул и, хлебнув эля, взглянул на Лэнарду, игриво подняв брови.

– Сударыня, а вы почему не пьете?

Девушка удивленно уставилась на Макадора.

– Спасибо, я вообще-то редко пью и в любом случае предпочитаю элю вино...