- От Сталинграда война повернула на Запад! – тихо произнёс Григорий.

 - Я там не был, - признался доктор, - но говорили, что там был ад…

 - Победа в войне сводится к выигрышу одного сражения. – Задумчиво сказал Шелехов. – Победа в отдельной битве часто зависит от доблести одного человека.

 - Получается, что мы в Сталинграде победили благодаря одному солдату? – засмеялся Сытин.

 - Да.

 - И ты знаешь кот это?

 - Мой погибший сын Михаил. – Серьёзно ответил Григорий.

 - Ну, ты даёшь…

 Собутыльники засмеялись и снова выпили за Победу.

 - Когда-то я был сельским врачом, - пожаловался пьяненький Шабалин, - а теперь стал майором медицинской службы.

 - Радоваться надо! – икнув, сказал Григорий. – Всё ж была не передовая.

 - Не скажи! – доктор помахал указательным пальцем перед носом собеседника.
– У нас иногда такое случается…

 На улице в честь великого праздника палили из всех видов оружия. От близких выстрелов дрожала земля, и песок сыпался с потолка. Военные были привычны к этому и ничего не замечали, но доктор вздрагивал, вжимая голову в плечи.

 - Как сюда попали? – спросил он для поддержания беседы.

 - Мне надо было добраться до КП своего батальона. – Начал рассказ, заметно охмелевший лейтенант.
– Со мной пошёл сержант Шитов, наблюдатель. Выждав момент, делаем бросок: я первый, он чуть следом за мной. И тут снова нас накрыли снаряды. Я успел допрыгнуть в траншею, правда, ногу сломал, оглянулся - моего спутника не было, будто он испарился!

 Молчаливый артиллерист встрепенулся:

 - При попадании снаряда в человека он исчезает, испаряется при страшной температуре взрыва.

 - Таких погибших военная бюрократия называет без вести пропавшими… - мрачно сказал Шелехов. – А значит, вдова и дети не будут получать пенсию по потере кормильца.

 Руки доктора заметно задрожали. Григорий налил всем шнапса и перевёл разговор на научную тему:

 - Доктор, а што такое иммунитет?

 Тот очень доходчиво объяснил слушателям:

 - Если вы имели впятером одну немку, и четверо из вас заразилась, а пятый остался здоров, это и есть иммунитет…

 Лекцию прервал заглянувший в подвал санитар:

 - Доктор! Быстро в перевязочную!

 - Чего тебе?

 - Там привезли два «живота»!

 - Так война кончилась…

 - Война кончилась, а жертвы остались!

 - Как их угораздило? – спросил Григорий.

 - Напоролись на засаду…

 «Животами» медики называли для краткости раненых в брюшную полость. Обычно в санроте лечили только легко раненных, а тяжёлых и «животов» отправляли дальше, в более приспособленные для операций условия. Но теперь в разгар празднования найти транспорт не представлялось возможным, и командир медсанроты доктор Гольдин приказал оперировать Шабалину.

 - Я никогда не делал подобных операций! – попытался отказаться тот.

 - Всегда что-то делаешь в первый раз.

 Видно было, как растерялся доктор. Руки его задрожали ещё сильней, чем раньше…

 - У себя в селе я принимал роды, лечил расстройства желудка, простуды, переломы и вывихи, - заикаясь от волнения, объяснил он, - а тут лапаротомия!

 - Справишься!

 - А что это такое? – поинтересовался Сытин.

 - Вскрытие брюшной полости.

 Стены перевязочной поспешно обтягивали чистыми простынями и кипятили инструменты, весь персонал был взволнован. Возможно, по этой причине операция прошла неудачно. На следующий день Григорий вырыл в прусской земле могилу для какого-то незнакомого лейтенанта Ваулина. Он никогда не узнал, что случайно похоронил человека, когда-то спасшего его сына Сергея.

 Через месяц Григория выписали из лечебного заведения, и он отправился в свою часть, базирующуюся в небольшом прусском городке на границе с Польшей. После капитуляции Германии советские солдаты уже успели перестроиться на мирный лад. Мужчина постоянно пили и ухлёстывали за женщинами. Девочки из всех сил набросились на дармовое заграничное барахло.

 - Форму носить надоело, а кругом такие красивые вещи! – хвастались военнослужащие женского пола.

 - Дома таких не будет…

 Но наряжаться было не всегда безопасно. Однажды его знакомые связистки надели яркие платья, туфельки на высоких каблуках и счастливые, сияющие пошли по улице. Навстречу шла группа пьяных солдат, которые начали кричать:

 - Ага!.. Фравы!!

 - Мы не фравы...

 -Пошли с нами! – заржали они и потащили девчат в подворотню.

 - Да мы русские, свои, ай! Ай!

 - А нам начхать!

 Время шло, а Григория всё сильнее томила мечта о возвращении домой.

 - Как же вырваться из этой помойки?
– ломал он голову.