Шрифт:
— Они мне очень помогли, — сказала Надя. — И девчонка у него прелесть… Я никогда не думала, что есть на свете отцы-одиночки…
— В церкви с ними была женщина, — сказала Катя.
Надя округлила глаза:
— Не знаю, что там была за дама… Ему некуда было ее деть, Сашу. Если бы у него была женщина, как ты говоришь…
— Она могла просто быть на работе…
— Я не знаю. Я сама слышала, как Люда выговаривала ему, что Сашка не может так долго жить. Что ей нужна мать, потому что это девочка… А он зло усмехнулся и сказал, что мать у нее уже была, спасибо, больше такой радости они не перенесут…
Вокруг образа Саши немедленно снова замерцал ореол, но Катя постаралась с этим справиться. Мать девочки могла быть кем угодно. Если он общается с… Впрочем, Катя тут же себя отругала. Зачем повторять злые слова, вырвавшиеся у неведомой ей дамы? Явно же было видно, что эта дама — существо озлобленное и агрессивное.
— Они при мне дальше развивать эту тему не стали, — призналась Надя. — Но я так поняла, что Сашина мамочка их просто бросила, когда девочка была еще совсем крохой.
— Это не повод ненавидеть всех женщин, — машинально заметила Катя.
— Он не ненавидит, — ответила на это замечание Надя. — Он хорошо к теткам относится… Просто он их немного опасается и не горит желанием впускать в свою жизнь… Нет, мам, он правда хороший…
— Надя, — вспомнила про материнские обязанности Катя, — хочу тебя все-таки предупредить, что даже самый хороший мужчина старше двадцати пяти…
Она осеклась. И что она сообщит дальше? Скажет, что каждый из них все-таки самец? Или расскажет Наде о возможных последствиях страстных романов?
«Фу, как это пошло и банально!»
— Мама, — угадала ее мысли Надя, — я знаю, что ты думаешь. Может, со мной это и случится. Когда-нибудь. Как с тобой. Только не сейчас. Он… Я ему глубоко по фигу, ма. Я чуть повзрослевшая Саша. Я даже понять не могу, почему он так сразу пришел мне на помощь в трудную минуту. Может, он последний рыцарь? Все сгинули в поисках Святого Грааля, а этот остался… А может быть, я была слишком навязчивой. Он и решил, что иначе от меня не отвяжется…
Катя устало кивнула.
— Я тебя не понимаю, — проговорила она. — Почему ты про свои чертовы неприятности помчалась докладывать постороннему человеку? Будто у тебя нет матери…
— Моя мать, — тихонечко рассмеялась Надя, — существо настолько возвышенное, что ничегошеньки не понимает в косметике…
Катя хотела спросить, что он-то в ней понимает, но потом вспомнила про Люду, и ей почему-то стало грустно.
— Эта Люда красивая? — спросила она.
— Очень, — закивала восторженно Надя. — Она похожа на Анджелину Джоли… Яркая, с рыжими волосами… А фигура, мам, класс! Я таких волшебных ног в жизни не видела! Нет, я Сашку вообще не понимаю! Он на нее совсем равнодушно смотрит. А я даже обалдела от ее красоты…
Катя снова почувствовала, что ей нехорошо. «Точно я не сама управляю теперь своими чувствами и ощущениями, — досадливо поморщилась она. — Какие-то течения в моей душе. Бурные и непонятные. Как будто я его ревную… Смешно…»
И в самом деле — какое ей дело до этого человека?
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Время текло незаметно. Катя знала — это только кажется, что день длинный. На следующий день кажется, что предыдущий пролетел так быстро, она и заметить не успела.
Выпал снег. В этом году его пришлось ждать долго — улицы были неприветливыми и скользкими. Темно было без снега — хоть глаз выколи… Катя уже потеряла всякую надежду, и тут он выпал. Наконец-то…
Она возвращалась вечером с работы, радуясь медленно кружащим хлопьям и тому, что под ногами слабо поскрипывает первый снег. «Скоро Новый год, а там и Рождество не за горами». Сколько Катя себя помнила, они всегда отмечали Рождество. Почему-то родители даже смогли ей внушить, что этот праздник главный. А вот Новый год они не очень любили. Папа иногда говорил, что каждый год уходит, унося с собой частичку жизни, — и чему тут радоваться? А мама вообще презрительно фыркала, она и дни рождения не отмечала… Только именины… Катю даже спросили однажды — не являются ли ее родители религиозными фанатиками? Катя долго думала, пытаясь представить себе своего веселого, ироничного папу в роли мрачного фантика, но так и не смогла… Еще хуже получилось с мамой. Папа-то еще иногда выглядел человеком серьезным и ответственным, а мама — никогда… Хрупкая, как райская птица. И такая же яркая, веселая… Впрочем, они оказались правы. Каждый пришедший Новый год выгонял год их жизни. Они делали новый шаг к старости и так и оказались в ней. Сами не заметили как…