— И что вы ему ответили?

— Я — ничего. А участковый сказал, что я сынком Сивоплясовых интересовался. Типун ему на язык! Болтливый сержант такой…

— Алексей, а вам что-нибудь удалось узнать о Прасковье?

— Пока ничего. Я только подъехал.

— Ладно, Алексей, работайте, я должна осмыслить вновь открывшиеся обстоятельства, — сказала я и отключилась.

«Значит, ты — Фокин, следователь из Дольска? И что же тебе, голубчик, надо было от Ани? — мысленно спрашивала я неприятного типа с монитора моего ноутбука. — Дорогой, а не ты ли вел дело о наезде? Молчишь? Только ухмыляешься… Ну-ну, молчи и жди меня в гости. Когда к тебе подъехать, сегодня или завтра? Опять молчишь? Фокин, будь уверен, я сумею тебя разговорить! Нет, пожалуй, не сегодня. К встрече с тобой надо основательно подготовиться».

Вновь открывшиеся обстоятельства не помешали моим ближайшим планам. Я поехала в Дирекцию единого заказчика. Секретарша Лена всей своей пышной силиконовой грудью стояла на том, что ее шеф шибко занят, поэтому мне к нему сегодня никак не попасть. Но я решительно отодвинула девушку от двери и зашла в кабинет Скиданова. Особой замученности в глазах Александра Дмитриевича я не углядела, он просто сидел в кресле и курил.

— Татьяна, я вас ждал еще сегодня утром, а вы под конец рабочего дня пришли, — сказал он, потом перевел взгляд на секретаршу. — Лена, вот теперь я действительно буду очень занят. Никого ко мне не пускай.

— Хорошо, Александр Дмитриевич, — почему-то без всякого удовольствия сказала Леночка.

Когда дверь плотно закрылась, я прошла к столу и села напротив Скиданова.

— Таня, мне кажется, Света догадывается, зачем я шел на ту квартиру…

— Ну, это ваши личные проблемы, — отмахнулась я. — Давайте всю лирику отодвинем в сторону. Меня интересует, что конкретно произошло в тот вечер. Как вы вообще могли обознаться?

— Теперь я и сам этому удивляюсь. Понимаете, я шел со стороны последнего подъезда, а та женщина зашла в арку, расположенную в середине дома. Это приличное расстояние, к тому же были сумерки. А у меня, знаете ли, куриная слепота. Потом, на ней был длинный плащ, почти до самых пят, как у моей жены, прическа такая же, рост тот же… Я встал за «Газель», чтобы она меня не заметила, и стал ждать. Меня, конечно, это насторожило, я подумал — зачем Света крутится у окна?.. Но тогда я еще ничего не понял. В общем, она зашла в подъезд, а я остался стоять за «Газелью». Кстати, я действительно встретил одного знакомого мужика, мы как-то с ним по работе виделись. Он в том же доме живет, не знаю, в какой квартире, да и имени его не помню. Ну, поговорили мы с ним минут десять, и он пошел домой. Я остался, ждал, когда Света выйдет. Тогда я еще думал, что это была моя жена, хотя не понимал, почему она не на машине.

— Сколько времени та женщина находилась в квартире?

— Минут двадцать, — уверенно ответил Скиданов. — Она вышла и почти сразу же свернула в арку возле нашего подъезда. Я подождал еще минут пять и пошел к Анне, но она мне не открыла. Я подумал, что причиной тому был неприятный разговор с моей женой…

Я почувствовала, что Скиданов снова готов удариться в лирику, многозначительно посмотрела на него и спросила:

— Александр Дмитриевич, а вы не обратили внимание — свет в окне Аниной комнаты горел?

— Обратил. Сначала горел, а потом, когда та женщина ушла, свет погас. Я не стал долго названивать в дверь, к этому времени уже могла вернуться Лидия Михайловна. Вот, собственно, и все. У вас есть еще ко мне вопросы?

— Взгляните, пожалуйста: вот этого человека вы никогда не видели? — Я нашла в мобильнике фотку Фокина.

— Нет. Это Анин… муж?

— Нет, это подозреваемый, — сказала я и заметила, что Александр Дмитриевич сразу потерял к нему интерес.

Конечно, разговор со Скидановым не дал мне никакой новой информации, зато я удостоверилась, что он и в прошлый раз не врал. Я умею разбираться в людях, поэтому поняла, что Александр Дмитриевич был со мною искренен.

Я вышла из Дирекции единого заказчика и посмотрела на часы. Время приближалось к семи часам. Ну вот, теперь можно ехать в нотариальную контору.

В приемной было пусто, секретарша Лиза поправляла макияж.

— Рабочий день окончен, — сообщила она. — Светланы Юрьевны уже нет, но я могу записать вас на любое удобное для вас время. Вы, кажется, у нас уже были?

— Да, была. Но теперь я пришла лично к вам, Лиза.

— Ко мне? — удивилась девушка. — Но я не решаю никаких вопросов с клиентами. Могу только назначить вам приемное время.

У меня возникла шальная мысль — проверить степень принципиальности скидановской секретарши. Воспользовавшись тем обстоятельством, что мы были с Лизой вдвоем, я положила перед ней новенькую купюру в евро и игриво заявила:

— Мне нужна совсем пустяковая справочка.

Девушка проявила полное безразличие к моей попытке подкупа.

— Уберите это, — спокойно сказала она. — Я не даю ни платных, ни бесплатных справок. По окончании Академии права я собираюсь тоже стать нотариусом, поэтому хорошо осознаю, что утечка информации здесь недопустима.

Мне понравился ее ответ, поэтому я убрала деньги и достала из сумки лицензию частного детектива:

— Ознакомьтесь, пожалуйста!

— Не морочьте мне голову и покиньте офис, — строго сказала секретарша. — Иначе я вызову охрану!

— Лиза, прошу прощения за то, что я тебя проверяла. Но я — частный детектив и была вынуждена так поступить. А вообще-то у меня к тебе есть несколько вопросов.

Девушка без особой охоты пробежала глазами мою лицензию и сказала:

— Любая информация о наших клиентах носит конфиденциальный характер. У частного детектива нет никаких привилегий. Все, пройдите на выход, я закрываю офис.