— Он прав, — говорит Адриан. — Мы могли бы просто пойти туда. Он берет Лори за руку и идет в сторону лодочной бухты. Энди и Гай движутся следом за ними.

— Так ты интересуешься парусным спортом? — спрашивает Уиллоу у Хлои. Они отстают от остальных на несколько шагов.

— Когда как. Ты имеешь в виду, понравится ли мне, если он вывезет меня на такой лодке? Конечно. Ты имеешь в виду, понравится ли мне, если он будет изредка говорить, хотя бы о чем-то еще? Конечно.

— Поняла.

— Давай поговорим о чем-нибудь другом. — Хлоя вздыхает. — У меня так много домашней работы, меня сейчас даже не должно быть здесь. Просто не знаю, я как противоположность Лори. Теперь, когда я учусь в последнем классе, то все меньше и меньше сосредоточена.

— Мне знакомо это чувство. — Уиллоу раздраженно грызет ногти, потом засовывает руки в карманы.

— Тебе надо бы сделать маникюр, — говорит Хлоя, когда они подходят к кафе. — Не пойми меня неправильно! Дело в том, что я часто делаю ногти Лори, и если ты хочешь, я могла бы тоже иногда делать и тебе…

— Ох… спасибо. Я совсем не обижаюсь. Я знаю, что они выглядят ужасно, но, если честно, всегда были такими. Моя лучшая подруга дома тоже придиралась к ним, — с печальной улыбкой признается Уиллоу.

— Здесь слишком много народу, мы никогда не найдем себе столик, — кричит Лори от входа в ресторан, где они стоят с Адрианом.

— Значит, подождем пару минут, — совершенно равнодушно говорит Энди.

Гай возвращается обратно к Уиллоу. — Мы можем не оставаться, если ты не хочешь.

— О, нет, все в порядке. Но все равно спасибо, — говорит она, слишком тихо, чтобы кто-нибудь мог услышать.

— Эй, у них есть столик, если мы согласны сесть на заднем дворике, — после переговоров с официанткой говорит Адриан.

— Тогда нам не будет видно воду, — жалуется Энди.

— Именно ты настаиваешь на том, чтобы есть здесь, — указывает Хлоя.

— Отлично, забудьте о воде. — Энди следует за Адрианом и Лори, когда они входят в кафе.

— Здесь на заднем дворике, на самом деле, очень неплохо, — говорит Лори, когда они толпятся вокруг маленького столика под полосатым зонтом.

— Кто что будет? — Энди ищет взглядом меню.

— Я хочу только десерт, — говорит Хлоя.

— Я тоже, — соглашается Лаура. — Нет, извините. Салат.

— Тогда мне тоже придется брать то же самое! Давайте все по десерту. Ты что будешь Уиллоу?

— Э-э. Может…

Ее Уиллоу видит раньше остальных. Ходячий скелет, жертва какой-то ужасной изнуряющей болезни, как в учебниках по истории, пережившая лагерь смерти. Уиллоу требуется какое-то время, чтобы осознать, что эта девушка не относится ни к одному из перечисленных пунктов. Она всего лишь девушка, как Уиллоу, которая выбрала испытывать на себе ужасную боль. Только оружие этой девушки — не бритва, а голод.

Уиллоу едва может вынести взгляда на нее, но все равно не может его отвести и смотрит как завороженная. Каждое очертание истощенного тела девушки является свидетельством ее внутреннего смятения. Уиллоу может только представить, какую боль та испытывает, чтобы разрушать себя таким образом. Она знает, что в ее сострадании другой девушке есть что-то ироническое — она не может избавиться от ощущения, что это абсолютное умерщвление плоти гораздо хуже всего того, что она когда-либо делала с собой.

— Боже мой, какая бедняжка, — шепчет Лори. Очевидно, она тоже заметила это привидение.

— Кто? — спрашивает Адриан, его голос неестественно громко звучит, в отличие от голоса Лори.

— Тс! — Лори толкает его локтем.

Гай поворачивает голову, чтобы увидеть то, о чем они говорят, и Уиллоу замечает, что он слишком поражен ее внешностью, чем был бы кто-либо другой.

Уиллоу отворачивается от этого зрелища, и ее взгляд падает на Энди. Он также прикован взглядом к девушке, но его реакция абсолютно отличается от реакции Уиллоу и остальных. Понятно, что он смотрит на этот ходячий скелет и видит только безгрудое, бесполое и уродливоенечто.

— Ага, я бы не стал слишком жалеть ее, — с ухмылкой говорит он Лори.

— Что, прости? — Хлоя бросает на него взгляд.

— Да ладно, раз она находится в таком месте, как это, то у нее определенно есть деньги на еду. Она же не какой-то бедный голодающий ребенок из Африки, понимаешь?

— Нет. — Хлоя качает головой. — Незнаю. О чем ты вообще говоришь?

— О том, что она сама делает это с собой…

— Да, это называется расстройство пищевого поведения, — сердито говорит Лори.