Солнце как-то уж очень быстро село, навалились сумерки, рубиновые от закатных отблесков неба, и быстро переходили в ночь. Гости корчмы сели за стол. Корчемщик не поскупился, выставил на стол лучшее: и рыбу, и полбу, и мясо, и вкусное пенное пиво - так ведь и платили щедро. Старая повариха варила на очаге похлебку из чечевицы, запах которой вдруг напомнил Рыси легионерские времена. Сколько лет прошло с тех пор, с Британии? Шесть… Около того. А похлебка из чечевицы вообще-то штука вкусная, если, правда, хорошо приготовить… Стряпуха готовила хорошо - чеснока не жалела, ишь, запах-то! Ни с чем не спутаешь! Только вот на стол похлебку не очень-то торопились подавать, впрочем, и без нее все быстро наелись. Рыба да мясо - шутка ли?

Юний не заводил разговора с хозяином, хоть тот и крутился поблизости, иногда подсаживаясь к столу, а иногда выбегая во двор - проверить, все ли дела переделаны. Говорить должен был Илмар: потихоньку он подводил разговор к торговле людьми, на что трактирщик откликался вполне охотно - как же, очень даже престижное дело! Только вот, хитрый лис, о римлянах, насколько мог разобрать Рысь, даже не упоминал, ловко переводя разговор на другое. Илмару тоже быстро надоела подобная бесцельная беседа, да и давно пора было уже укладываться спать, и алеман почти открытым текстом дал понять Гавтильду, что некоторые богатые люди из-за реки очень бы были не прочь выкупить своего пропавшего родича за весьма серьезные деньги. Однако, выслушав, хитрый трактирщик лишь пробормотал, что кому-то помогают боги во всех их делах, а кому-то - нет. Юний разочарованно вздохнул. Похоже, Виниция здесь и правда не было.

Покончив с едой, гости поблагодарили хозяина и уже было направились в предоставленные им покои… И вот тут-то хозяин придержал рукой идущего позади всех Илмара и тихо спросил, точно ли недавно захваченный римлянин - из богатого и знатного рода?

–  Насчет знатности не скажу, - алеман обернулся и нарочно повысил голос, - а вот что его семья очень богата - это точно.

–  Да-а, - протянул корчмарь.
– Повезет кому-то… Это ничего, что парень не очень знатен, главное - не слуга и не раб.

Рысь напрягся и замедлил шаг. «Парень»! Гавтильд сказал - «парень»! А ведь в беседе Илмар вовсе не указывал возраст пропавшего. Значит, Виниций все-таки здесь? Не зря им так интересуется корчмарь. Сам хочет получить выкуп? Не самое плохое дело, у Кальвизии Домны наверняка найдутся необходимые средства, какую бы цену трактирщик ни запросил. Хотя, наверное, лучше было бы Виниция просто выкрасть… Ага, а если с парнем что-нибудь случится? Ведь кругом вооруженные слуги, и освободить его будет не так-то просто. Стоит рискнуть? Оглянувшись на пороге, Рысь увидел, как хозяин корчмы отвел Илмара в сторону - пошептаться. Что ж, уже кое-что!

Горя нетерпением, словно юноша, Юний еле дождался алемана. Тот, войдя в полутемные, освещаемые лишь глиняной лампой гостевые покои, опустился на широкую, покрытую волчьей шкурой лавку, такую же, на которых уже спали Арминий с Эрнульфом.

–  Ну?
– Рысь вскинул глаза.

–  Мутно все как-то, - покачал головой Илмар.
– Понимаешь, чувствуется, что корчемщик выспрашивает именно о нашем мальчишке, и выспрашивает не зря… Только вот, клянусь всеми богами, я что-то совсем перестал его понимать.

–  Как это так?
– Юний подсел ближе.

–  А так. Гавтильд не спрашивал главного, что давно бы попытался вызнать любой, кто желал бы получить выкуп, - как снестись с родичами пленника?
– Илмар повалился на шкуру, поудобнее поправляя изголовье.

–  Так, может, он это давно знает от самого Виниция?
– предположил Рысь.

–  Может… Только зачем тогда спрашивать - беден он или богат?
– Илмар неожиданно вздохнул.
– Боюсь, Виниций корчемщику ничего не сказал. И держат его здесь совсем для другого.

–  Для другого?
– Послюнявив пальцы, Юний снял с фитиля лампы нагар.
– Для чего другого? По-моему, у торговца людьми всегда одна задача - выгоднее продать свой товар или получить за него хороший выкуп!

–  Так, да не так, - загадочно ответил германец.
– Ты не знаешь многих наших обычаев, Рысь из Трех Галлий.

–  А при чем тут обычаи?

–  Два года подряд в здешних местах был неурожай. Бесснежная зима, жаркое засушливое лето. Есть только один способ исправить это…

–  Постой, постой!
– Рысь уже, кажется, начал понимать, к чему клонил собеседник.
– Так, ты хочешь сказать - Виниция принесут в жертву?!

–  Не совсем так, но, в общем, ты догадался верно. Если неурожай несколько лет кряду, надо убить вождя и, разрубив его тело на части, закопать их в разных местах - тогда боги непременно даруют богатый урожай!

–  Да, но ведь речь идет о вожде!

–  Вождь может усыновить какого-нибудь раба, а лучше - кого-либо из свободнорожденных. Так часто и делают. Думаю, Гавтильд тоже усыновит Виниция и подставит его вместо себя.