На этот раз высадка обошлась без происшествий. Вот только в команде Юния, и без того небольшой, стало на одного человека меньше. Хоть рана Арминия, по словам слегка разбирающегося в медицине Фелиция, оказалась не очень опасной, крови парень потерял много, и тащить его с собой по лесам означало обречь на верную гибель. Пришлось оставить на барке - Фелиций клятвенно обещал ухаживать за раненым и до полного выздоровления поселить его в одном из доходных домов Колонии Агриппина - необходимые для этого средства Юний выделил.

Кроме Арминия оказался ранен в руку Виниций, но это была не рана, а скорее просто царапина, обращать внимание на которую было бы недостойно воина. Тем не менее теперь их осталось четверо - Рысь вовсе не собирался сбрасывать со счетов Илмара Два Меча.

Пожелав корабельщикам счастливого пути, Юний пожалел о том, что во время скоротечной схватки они так и не взяли пленных. Кто-то оказался на дне, а кто-то, получив относительно легкую рану, счел за лучшее броситься в воду сам, благо река не море, до берега не так уж и далеко. Вот таковых спасшихся и следовало сейчас поискать - мало ли, повезет? Все равно - по пути. Рысь возвращался назад, к Длинным болотам, ведь именно там он оставил Илмара. И, как теперь считал, очень правильно сделал. Кто знает, сколько бы лодок преследовало барку, если б не действия отчаянного алемана? Хозяин «Нумидии», прощаясь, не уставал благодарить богов за свою предусмотрительность - где бы он сейчас был, не наняв охраны? Даже предложил, если случится надобность, безвозмездно пользоваться услугами барки, с завидной регулярностью ходившей из Могонциака в Колонию Агриппина и обратно.

–  А если ночь или вечер, ты даже можешь подать сигнал с берега, - отведя Юния в сторонку, шепотом пояснил корабельщик.
– Просто разложи три костра - два рядом, а третий - чуть в стороне. Мы, правда, приставать не будем, но подождем, пока ты сам к нам доберешься.

Рысь на всякий случай запомнил сигналы, хотя вовсе не собирался ими воспользоваться - что он забыл в Колонии Агриппина? Все его дела - в Могонциаке, да еще - в Августе Треверов. Оправдаться, покарать врагов и восстановить честное имя - пожалуй, этим следовало сейчас и заняться. Ну и, конечно, попытаться отыскать Тварра.

Солнце уже подернулось легкой облачной дымкой, и сразу стало легче дышать, только вот идти оказалось трудно - не было ни дороги, ни тропки, одни папоротники, кусты, деревья да густая луговая трава. Пару раз отдыхали, с интересом слушая рассказ Виниция о его злоключениях, из которого Рысь, как и предполагал, ничего нового не узнал. Ну, схватили, связали, кинули в лодку - и все дела.

Вскоре повеяло сыростью, а впереди показалась желтоватая дымка - вышли к Длинным болотам.

–  Патрон!
– обернувшись, прошептал осторожно пробирающийся впереди Эрнульф.
– Там, в кустах, кто-то есть!

Все трое тут же укрылись за большим, попавшимся на пути пнем. Лежа в траве, Юний скосил глаза:

–  Так что ты видел?

–  Птицы, - коротко отозвался юноша.
– Они почему-то совсем перестали петь.

–  Да, - встрепенулся Виниций.
– Я тоже заметил.

–  Что ж, обойдем кусты с разных сторон, - всматриваясь вперед, приказал Рысь.
– Ты, Эрнульф, от реки, Виниций - со стороны рощицы. Ну а я зайду с тыла. Иду первым - пока не дам знак, сидите смирно.

Предупредив ребят, Рысь приподнялся и бесшумно - как когда-то учил отец - исчез в зарослях. Подобравшись ближе, осторожно выглянул из-под ветки… И едва не получил копьем в глаз! Что же, выходит, его здесь давно поджидали? Думать об этом сейчас не было времени - выскочив из кустов, на Рысь напали сразу двое.

Ах, вот оно что! Засада! Ладно, посмотрим…

Двое наступали на Юния с разных сторон. Один - маленький, ловкий, с метательным копьем-фрамеей, у второго - кряжистого и, видно, сильного - в руках были скрамасакс и секира. Ловко они его обходят, ну, в общем-то, затея нехитрая - ударить с двух сторон, ведь он, Ант Юний Рысь, вовсе не двуликий Янус, раздвоиться не может, крутиться волчком - долго не продержишься. Что остается? А вот что… Главное - выбрать момент…

Рысь сделал резкий выпад в сторону того, что с секирой, и тут же бросился в траву, уловив, как фрамея со свистом пронеслась над его головой… и угодила прямо в ногу второго из нападавших! Тот завопил, со злобой выкрикивая ругательства в адрес своего незадачливого напарника… Юний не стал дожидаться окончания ссоры и, пользуясь моментом, не говоря худого слова, просто прикончил того, кто оказался ближе, - не так уж и трудно это оказалось сделать бывшему гладиатору, - после чего бросился в погоню за другим. Тот и привел его на полянку, посреди которой вдруг исчез неизвестно куда, словно сквозь землю провалился! В болоте, что ли, утоп? А ведь и вправду утоп!

Присмотревшись, Юний увидел барахтающегося в трясине врага и, не раздумывая протянул руку. Вытащим, а уж там посмотрим…

–  Зря ты его тащишь, ой, зря!
– послышался за спиной насмешливый голос.

Рысь оглянулся и увидел перед собой странную пару: молодого мужчину, одетого в варварские штаны и римскую тунику, а с ним девушку, и вовсе одетую лишь наполовину - с голой, воинственно выпяченной грудью и в набедренной повязке из волчьей шкуры. В левой руке девчонка небрежно сжимала фрамею, правая покоилась на рукоятке висевшей на поясе спаты - явно длинноватого для девицы меча. Мужчина - кудрявый шатен с небольшой бородкой и усами, и девушка - яркая сероглазая блондинка, были не лишены приятности и вполне дружелюбно улыбались. Только вот за их спинами маячило с дюжину вооруженных воинов.

–  Тони, тони, Гилдред, - прищурившись, мужчина подошел к самой трясине.
– В следующий раз будешь знать, как нападать не на те барки!

–  Помоги, славный Беральд, - все больше погружаясь в болото, взмолился незадачливый разбойник.
– Протяни копьецо…

–  Хм… - Беральд в задумчивости оглянулся на девушку.
– Ну, что будем делать, Винерада? Вытащим или пусть тонет?

–  Вытащи, вытащи, о, красивейшая Винерада, - снова заканючил Гилдред.
– О, красавица из красавиц…