Над рекой висел туман, в небе тускло светила луна. От лагеря шла широкая тропа до самой дороги. Где-то там, рядом, таились во тьме конокрады. А лошади - вот они, пасутся на полянке.

Вытащив кусочек хлеба, Юний поманил стреноженного коня и, сняв путы, отвел в сторонку. А потом вскочил ему на спину и галопом поскакал к дороге. Конечно, его действия почти сразу заметили, но все же Рысь выиграл какой-то миг и сумел им воспользоваться. Резко осадив коня, спрыгнул, хлопнул скакуна по крупу и бросился в кусты, увидев, как к брошенной лошади бегут какие-то черные тени. Ну да, конокрады, кто же еще? Вот пускай погоня их и ловит.

Пропустив разозленно орущих всадников - а мысли-то оказались вполне верными! Ну, Лупоглазый, ну, гад, погоди, еще посчитаемся!
– Юний проворно спустился к реке и, как был, в штанах и тунике, бросился в воду. Судя по звездам, «Нумидия» должна бы уже быть здесь. Однако что-то не видно!

Рысь перевернулся на спину, отдохнул и, определившись, медленно поплыл на середину реки. Улыбнулся, заметив возникшую впереди большую темную тень. Звезды заслонила квадратная корма барки. Что ж, расчеты оказались верными.

В то же самое время, когда Юний пил вино в кормовой каюте «Нумидии», а незадачливые стражники гонялись за конокрадами, в Могонциаке, во дворце наместника, Лупоглазый Тит, ушлый юрист из Августы Треверов, осклабясь, рассказывал что-то смешное развалившемуся на ложе Веруле, легату и доверенному лицу самого цезаря, несостоявшемуся владельцу медного рудника. Круглое, мужиковатое лицо Домиция лоснилось от пота.

–  Так ты говоришь, он точно не доедет до Вангион?

–  Я думаю, он уже на том свете.

Оба собеседника захохотали.

–  С тебя причитается!
– подавая Юнию руку, рассмеялся Илмар Два Меча.
– Дружище Фелиций уж так хотел задержаться в Могонциаке до конца нундин. Не так-то легко было его уговорить!

–  Да уж, - подойдя ближе к борту, захохотал Фелиций. Стоявший позади корабельщика слуга держал в руках бронзовый светильник.
– Извини, но мы простоим здесь до утра - темно, да и туман. Если б не он, конечно, могли бы попробовать идти и ночью - места знакомые.

–  Ничего, - Рысь тряхнул мокрыми от рейнской воды волосами, - думаю, до утра меня все еще будут ловить. А потом предъявят Веруле чей-нибудь обезображенный труп.

–  Труп?
– алеман вскинул глаза.

–  Да не вникай, - усмехнулся Юний.
– Это я о своем. Илмар, ты как относишься к Колонии Агриппина?

–  Хороший город. Большой, красивый. Вижу, ты собрался туда насовсем?

–  Ну, положим, не насовсем. Но какое-то время пожить придется.

–  Я там знаю кое-кого, - Илмар ухмыльнулся.
– Найдем приют на первое время.

–  Так ты - со мной?

–  Мне сейчас все равно куда. Лишь бы не за Рейн. Слыхал, как там действуют легионы?

–  Да уж… - Рысь махнул рукой и вслед за хозяином спустился в небольшую каюту.

Легионы Максимина Фракийца опустошали правый берег Рейна, словно прожорливая саранча, оставляя после себя лишь пожарища и реки крови. Надо отдать должное новому императору - это весьма действенно предупреждало возможные набеги. Германцы, как и все варвары, признавали и уважали только силу, ни во что не ставя прежнего цезаря Александра, затеявшего с ними переговоры. Вежливость и договор - слабость, сила - все! Что ж, дождались на свои дремучие головы - вот вам сила, радуйтесь, если останетесь в живых.

Утром, едва забрезжил рассвет, «Нумидия» снялась с якоря и, пустив впереди разъездную скафу - туман!
– неспешно направилась вниз по реке. На этот раз Фелиций, как видно, заранее нанял охрану - по палубе прохаживались угрюмые мускулистые ребятки с короткими копьями и мечами, а на кормовом ограждении висели круглые кавалерийские щиты. Впрочем, вряд ли сейчас судам угрожала засада - проводимая Максимином политика опустошения сделала свое дело. Юний вовсе не жалел германцев - в конце концов, сами напросились. Единственное, что его тревожило, - это деревня старосты Хильдегавда. Как там Вента? Хотя Флакс, кажется, говорил, что девчонка и ее люди ушли в Паннонию. Интересно, что им там понадобилось?

–  На обратном пути?
– Фелиций усмехнулся и наполнил бокалы.
– Нет, никто не нападал. К тому же у меня была хорошая охрана - в Колонии Агриппина я взял попутчиков, молодых германцев, своих добрых знакомых.

Рысь хмыкнул:

–  Германцев опасно брать, какими бы хорошими знакомыми они ни были.

–  Этих неопасно, - засмеялся хозяин барки.
– Я давно знаю их вожака, Адоберта, сына Гилдуина.

–  Кого?
– насторожился Юний.
– Ты сказал - Адоберта? Тонкий станом, светлоглазый юноша, волосы темно-русые, длинные…