– Мне нравится, когда ты так говоришь.

– Я стану твоей внушающей трепет королевой, как только ты раздобудешь нам кольцо.
– Она внимательно изучала его лицо, чтобы не упустить заинтересованность в этом...

– Пока же, наслаждайся Элизабет, - сказала она.
– Похоже, с этой смертной игрушкой ты поладил.

– Поладил?
– Когда она выгибалась, пока он на неё кончал?
– Да, полагаю, мы достигли в этом успеха. Хорошо, что ты не ревнива - потому что мы вдвоём тут немного пошалили.

Выскажи неудовольствие, женщина. Дай хоть немного понять, что тебе это не нравится.

Вместо этого, она обронила скептически:

– Вы вдвоём? Тебе разве не пришлось её заставлять?

Задетый за живое, он вскричал:

– Посмотри на меня, Саройя. Она едва ли могла удержать свои руки при себе.

– Но она вот так с этим смирилась? Даже зная, что ты предназначен другой?

– И как же я предназначен, если ты сама предложила мне использовать вместо тебя замену?
– Очевидно, что Саройя не чувствовала ничего похожего на ту связь, какую чувствовал он как вампир. Есть лишь один способ её распалить. В постели.

– Кроме того, Элизабет вбила себе в голову, что может украсть меня у тебя.

– Это меня невероятно веселит.

– Правда? Что-то незаметно. Почему же ты не улыбаешься?
– Никакого выражения.
– Давай, у тебя очень милая улыбка.

– Ты имеешь в виду, у Элизабет милая улыбка. Она тебе притворно улыбалась, Лотэр? И это вскружило тебе голову? Может быть, ты и правда предпочитаешь её мне?
– спросила она насмешливо.

Может ли Елизавета быть моей?

Выкрикивать её имя казалось... правильным.

Мысль была настолько невероятна, что он немедленно её отбросил.

– Я очень близок к тому, чтобы причинить тебе какой-нибудь вред, богиня.

– Разумеется, великий Лотэр не станет глупо привязываться к кому-либо.

Это только Элизабет сама так его возбуждала - или просто тело его Невесты? Настало время выяснить.

– Привязанность? Если это произойдёт, то я очень хочу попробовать её замену.

– Гадость! Ты думаешь, я не вспомню об этих оскорблениях?

– Подойди, и я позволю тебе самой судить об этом.

– Я вижу этот взгляд. Странно. Я думала, что тебя уже удовлетворили сегодня.

– Я могу это делать дюжину раз, если меня заводят. Подойди ко мне. Сейчас же. Это не просьба.

Хотя её глаза оставались прищуренными, она поднялась и поплелась в его сторону. Он усадил её к себе на колени, но она оставалась напряжённой.

– Расслабься, Саройя.

Когда он лежал рядом с Элизабет, закинув на неё одну ногу, а рукой накрыв её мягкую грудь.... они

подходили друг другу.

Сейчас же, казалось, два неподходящих кусочка головоломки пытаются соединить силой.

Нет, нет. Просто мозг запутался.

– Я буду с тобой нежным. Ты не хочешь меня поцеловать? Почувствовать мои прикосновения?

– Ты меня можешь ранить. Элизабет не беспокоит твоя безграничная сила, а

меня - беспокоит.

– Я смог сдержаться и причинить её вред. Дважды.

– Ты пользовался ею дважды? И она тебе не помешала?
– Саройя снова звучала недоверчиво.

– Позволь мне показать тебе, почему она уступила.

– Ты сказал, что не повредил её, но я чувствую сейчас боль, - продолжала она.
– Синяки по всему телу. Ответь, Лотэр, на тебе есть раны или чувствуешь ли ты боль?

– Конечно нет.

– А я чувствую по всему телу.

– Значит, с тобой я буду ещё нежнее, я буду более осторожен со своей Невестой.
– Обхватив её лицо своими ладонями, он промурлыкал на ухо, - Просто расслабься, Саройя. Я лишь доставлю тебе удовольствие.

Она зажмурит глаза, и тело останется напряжённым, словно скованное холодом.

Он наклонился, чтобы коснуться своими губами её, потом снова и снова, дразня своим языком. Затем поцелуй стал более глубоким, и она ответила...

Именно так, как он предполагал.

Отшатнувшись, он произнёс:

– Ты как заледенела.
– Её глаза были зажмурены, губы плотно сжаты. А хуже всего, он поймал себя на мысли, что представляет Элизабет, чтобы оставаться твёрдым.
– Ты совсем не хочешь моих ласк.

Она открыла глаза.

– Я никогда не расслаблюсь, боясь, что ты меня ранишь. Лотэр, представь, что отправляешься в бой как смертный. Без возможности регенерировать, без своей силы и скорости. Представь, каково это - быть беззащитным. Ты всё равно ринешься в бой - и не важно, насколько ты любишь сражаться?