Шрифт:
В этом была своя логика.
Признайся, Лотэр. Лгать другим ты не можешь, зато можешь солгать себе.
– Когда я стану вампиром, всё изменится, - настаивала она, - а сейчас я молю тебя быть терпеливым. Я молю своего мужчину о понимании до того момента.
Да, когда она станет вампиром...
И он всё равно отказывался принять тот факт, что его Невеста была фригидной? Нет, Саройя
сможет его захотеть.
– Разве твоё смертное тело не чувствует ничего, кроме боли? У тебя должны быть потребности.
– Нет. Очевидно, что все эти потребности ты недавно удовлетворил.
Blyad’!
Это удовольствие он истратил на Элизабет!
Саройя неуклюже потрепала его по плечу:
– Скоро ты найдёшь кольцо, и тогда я стану твоей во всех смыслах. Пока же, пользуйся смертной.
– Не думаешь, что я могу ею увлечься?
– Спросил он, заранее зная ответ. Саройя просто не могла себе представить, что
кто-то предпочтёт ей другую. Высокомерие ограждало её от подобных сомнений.
А он не мог избавиться от ощущения, что ему придётся извлечь из этого урок.
– Ни в малейшей мере, Лотэр. Сделав выбор не в мою пользу, тебе придётся отказаться от всех претензий на престол Орды, и на всё то, над чем ты трудился все эти тысячи
лет. А кроме того, ты настолько проницателен, что, уверена, насквозь видишь все её манипуляции. И не допустишь, чтобы мы оказались пешками в руках этой низкорождённой смертной.
Пешка. Он и его мать уже были раньше пешками в руках смертной.
– Проси у Оли прощения...
Больше никогда.
– Ты ведь видел семью Элизабет, - продолжала Саройя.
– Они станут твоими родственниками. Она захочет жить с ними.
Он едва удержался, чтобы не вздрогнуть.
– Я едва вынесла проживание в этом трейлере. Как ты туда впишешься*
Лотэр скорее умрёт.
– У меня идея, вампир, - вдруг сказала Саройя.
– Перемести меня к своему оракулу.
– Зачем?
– спросил он, по-прежнему коря себя за то, что удовлетворял человека.
– Ты спрашивал, чем мы займёмся этим вечером? Я хочу задать ей вопрос о будущем.
Он вздохнул и перенёс её к Карге.
Как только они появились на кухне у феи, Карга обратилась к Саройе:
– О, это ты.
Сквозь зубы Саройя процедила:
– Как ты узнала, что это я? До того, как я сказала хоть слово?
– По макияжу, - проворчала Карга.
– По куче слоёв штукатурки.
– Ты только что обеспечила свою смерть. Как только ты перестанешь приносить пользу, Лотэр принесёт мне твою голову. Буду использовать её как ловушку для мух, - весело прощебетала Саройя.
Глаза феи от гнева вспыхнули изумрудным цветом.
– В моём будущем этого нет, богиня...
– Это - моя Невеста, Карга, - веско прервал её Лотэр, чтобы заглушить эту вспышку враждебности.
– Не Элизабет. Так что - немного уважения.
– Прекрасно, - но глаза Карги продолжали сверкать.
– Ты поспособствовала Лотэру, увидев его будущее, - сказала Саройя.
– Я хочу, чтобы ты ответила и на мой вопрос.
– У меня есть лишь несколько попыток в день.
– Увидев угрожающий взгляд Лотэра, Карга добавила, - но я попробую.
– Спроси у своих костей, примет ли Орда Лотэра в качестве короля, если я буду с ним.
– Всё не так просто...
– Всё именно так. Он наполовину дакиец. Они отбрасывают все лишние сомнения и фокусируются лишь на своих целях. Основная цель Лотэра - стать королём Орды. Я хочу знать, являюсь ли ключом к этому престолу.
– Давай, Карга.
Нехотя фея отцепила сумочку, разворачивая ткань. Потом, раскинув кости, принялась изучать, что выпало.
– Ну?
– требовательно произнёс Лотэр?
Словно слова из неё вытягивали силой, Карга ответила:
– Орда примет тебя, если с тобой будет Саройя - и она будет вампиром. Тимур Верный и его люди уступят крепость Хельвита и принесут тебе клятву верности.
Тимур, опускающийся передо мной на колени, в то время как я думаю, отрубить ли ему голову...
Веки Лотэра отяжелели.
– Вот так, Лотэр, - сказала Саройя, - как я и обещала, я возложу на твою достойную голову эту корону. Ты будешь королём, как того хотела Ивана Смелая. А когда ты возглавишь Орду, ты используешь эту армию, чтобы захватить и дакийский престол. Слово лишь за тобой, мой король.
Король.
В груди закололо от желания.
Коронованный, правящий, сильный.
В честь матери он воздвигнет монумент в замке Стефановича.
Если только не сравняю его с землёй, камень за камнем.