Шрифт:
– Папа, мне нужно в магазин, ты шофера еще не отпустил?
– Нет, конечно! – радостно воскликнул я. Еще бы я отпустил, если ни ухом, ни рылом в их великосветских порядках. Сейчас терпеливо ожидающий распоряжений водитель оказался, как нельзя, кстати, а я продолжал выводить рулады. – Езжай, милая, а Ма… Ланша присмотрит немного за старой развалиной.
Но остаться вдвоем с Машуней наедине в такой роскошной спальне было еще полдела. Нужно было еще уснуть. И если в свойства стариков входила способность засыпать днем в самый неподходящий момент (как и не спать ночи напролет), то как уснуть полной энергии девушке средь бела дня – был еще тот вопрос. Поэтому, уже вдогонку «доченьке» я вспомнил:
– Милая, ты не подскажешь, где у нас снотворное? Мне нужно поспать.
Моя, временная родственница, вздохнув, подошла к красивой, инкрустированной костью тумбочке и достала из ящика баночку с пилюлями. Затем, почему-то повернувшись к Маше, а не ко мне, сказала:
– Вот лекарство. Одну пилюлю. Максимум две, если не подействует. Присмотрите за ним, он у нас со странностями! – с этими словами поспешила к ожидающей машине.
– Уф-ф! – облегченно вздохнул я, когда услышал звук закрывающихся дверей. – Ну, чем дальше займемся в столь роскошных взрослых телах?
– Да уж, роскошных! Ты это не про себя ли спросил? – рассмеялась забияка. – И не надейся на стриптиз, старье!
– Ну что тебе стоит, ты же все равно не в своем теле? Чисто из любопытства, я ж еще никогда не видел…
– Все! Ты мне надоел, старый извращенец! Ешь свои пилюли и в люльку!
– Ну какой же я извращенец… и почему старый… по-моему, вполне нормальный интерес… ладно, только тебе надо две съесть, чтобы уснуть.
– Ой, о себе я и не подумала! – призналась моя «целомудренница» и спешно проглотила пару пилюль, запив их прямо из стоявшего на тумбочке графина.
– Эх, в кои веки подвернулась возможность, а она сразу спать! Хотя, если признаться, старовата ты будешь… - продолжал я по-стариковски брюзжать, пока Машуня подавала мне таблетку и заботливо придерживала графин, чтобы я ее запил водой.
– Ты даже не представляешь, насколько ты сейчас «староват» для меня! – продолжала задорно насмехаться моя, несмотря ни на что, ласковая сиделка. – Так что оставь свои происки и давай ложиться. Ты – на кровать, а я тут, на кушетке.
– Возьми хоть подушку! – совсем оставив какие-либо надежды, посоветовал я. – И помоги мне снять пиджак.
Машуня еще плотно зашторила занавески, и мы улеглись ожидать действия лекарства.
– Ты знаешь… - начал я было беседу, но в ответ мне тут же раздалось:
– Тсс!.. Там поговорим…
ГЛАВА 7
Я довольно быстро оказался в полном мраке – достаточно было профессору захрапеть, как следует. А вот Машуню я все никак не мог «нащупать». Уже и появилось чувство Гарольдового локтя, готового в любой момент меня выдернуть, но я просигналил, что без ехидной подружки отсюда не пойду.
Я продолжал метаться невидимой тенью в столь же невидимом пространстве и, немного паникуя, пытался разобраться в наших странных отношениях. Пока мы были вместе, и все было в порядке, мы только и ставили друг другу всевозможные шпильки, а стоило нависнуть малейшей угрозе – сразу просыпались телячьи нежности. Вот и сейчас, только что скабрезничал, а теперь готов в лепешку из-за нее разбиться…
Но она не дала мне этого сделать, все-таки подав тоненький, но ясный зов. Я, как тигр, сразу же кинулся ей навстречу, и спустя мгновение почувствовал, что вошел с ней в контакт.
«Ой и напугала же ты меня!» просигналил я своей «потеряшке».
«Ты забыл, что молодой-красивой гораздо труднее уснуть, тем более с таким грандиозным храпом над ухом!»
«Идем, Гарольд нас уже давно ждет!»
Мы вместе потянулись к знакомому присутствию старого волшебника и вскоре стояли на туманной дорожке перед деревянными воротами.
Радость встречи с Гарольдом была омрачена осознанием, что этот мир был только похож на наш родной. Мы пытались растолковать различия между мирами, но волшебник все никак не мог припомнить, является ли тот, другой мир, нашим или нет. В конце концов, Машуня в отчаянии воскликнула:
– У них даже телевизоров нет!
– А что такое телевизор? – поинтересовался Гарольд.
– Это такой ящик или плоская рамка, по которой показывают всякие картинки. Она в каждом доме стоит… - объяснил я.
– А по ней показывают движущихся людей и животных! – подхватил волшебник. – Постойте, в том мире точно такие были. Я еще удивлялся, как в такой ящик можно все это впихнуть?
– А изображение в них цветное или черно-белое? – опасаясь радоваться, переспросил я.
– Ну, как в жизни, даже ярче, а как же иначе? Как это, черно-белое?