– Извини, – я смущенно улыбаюсь и прячу галеон в карман. – Я не мог не ответить.

– Разумеется, – кивает он, усмехнувшись. – Ты не очень обидишься, если я сейчас разрыдаюсь?

– Ты только грозишься, – замечаю я, наматывая на палец прядь его волос. – И хоть бы раз действительно разрыдался.

– Ты меня раскусил! – фыркает он и, посерьезнев, спрашивает: – О Добби ты знаешь?

– Да, Луна написала. Жаль, что так вышло. Кто его убил?

– Беллатрикс.

– Кто бы сомневался, – неприязненно говорю я.

– Но от гнева Темного Лорда это ее не спасло, – добавляет Северус. – Досталось всем.

– А тебе? – спрашиваю я с тревогой.

– Я прибыл позже.

– Это хорошо. А откуда вообще там Добби взялся?

– Понятия не имею, – отвечает он с раздражением. – Мне известно, что последнее время он крутился возле Аберфорта Дамблдора. Но как старик мог что-то узнать о Поттере, я не представляю.

– Может, братец ему тоже что-нибудь оставил, как Рону? – предполагаю я.

– Возможно. Но я даже спрашивать не буду.

– Конечно, что толку его спрашивать! – сердито говорю я. – Все равно ведь не ответит, интриган проклятый!

– Невилл…

– Что? Я ведь сказал, что слышал все. Лицемер и манипулятор – вот он кто!

– Надо же, какие мы грозные! – делано удивляется Северус. – Где твое благородство и сострадание, гриффиндорец?

– Не знаю. Может, под стол закатилось, – хмуро отвечаю я. – И вообще, я не хочу о нем говорить!

Северус смотрит на меня, чуть склонив голову, и выражение лица у него становится такое же странное, как было до того, как пришло сообщение от Джинни. Чуть помолчав, он тихо и словно через силу произносит:

– Темный Лорд спрашивал, удается ли держать ситуацию в школе под контролем. Спрашивал не только у меня.

– О!.. Представляю, что Кэрроу наговорили…

– Это не в первый раз. Но Армия Дамблдора вывела его из себя. Он велел быть с учениками пожестче.

– Пожестче?!

Мерлин, а до этого они нам что демонстрировали? Мягкость, добродушие и душевное тепло?

– Будет еще хуже? – обреченно спрашиваю я.

– Боюсь, что так, – кивает Северус, продолжая странно смотреть на меня.

– По крайней мере, Джинни здесь не будет. Хоть что-то хорошее, – я кладу голову ему на плечо и со вздохом говорю, обращаясь в пространство: – Когда же это все закончится?

– Скоро, – отвечает он с неожиданной уверенностью, нежно перебирая мои волосы.

– С чего ты взял?

– А ты подумай сам. Подумай, где и с кем сейчас находится Поттер.

– При чем тут… – начинаю было я, но тут же понимаю, что он имеет в виду, и, соскакивая с его коленей, хлопаю себя по лбу: – Ну конечно! Билл работает в «Гринготтсе», Грипхук тем более все там знает! А ведь хоркрукс в сейфе Беллатрикс!

– Верно, – подтверждает Северус.

– Если Грипхук подыграл им с мечом, значит, на его помощь можно рассчитывать! – возбужденно продолжаю я. – Тем более они спасли ему жизнь. А добравшись до чаши, им останется только…

– Все это, конечно, прекрасно и замечательно, – перебивает он. – Но неужели ты всерьез считаешь, что мне удобно вести беседу, когда ты прыгаешь надо мной, размахивая руками, точно самка бабуина?

– Э-э-э… почему самка?

– Так смешнее, – сурово говорит Северус, и я не решаюсь с ним спорить.

– Ладно. Тогда вернусь к тебе на колени. Только не жалуйся потом.

– Возможно, я тебя удивлю, но сейчас ты весишь на порядок меньше, чем год назад. Когда расход энергии значительно превышает ее поступление, это неизбежно, – менторским тоном сообщает он.

– Эх, а ведь когда-то я был таким пухленьким, что бабушкины приятельницы щипали меня за щеки по тридцать раз за один визит! – хмыкаю я, удобно устраиваясь у него на коленях, и обнимаю за шею.

– А мне всегда казалось, что это у меня было трудное детство, – замечает Северус и, хитро улыбаясь, с весьма недвусмысленными намерениями протягивает руку к моему лицу.

– Даже не думай! – я поспешно отшатываюсь, хватаю со стола бокал с вином и вручаю ему: – Выпей лучше.

– После огневиски? Какое изысканное извращение, – он принимает у меня бокал и делает маленький глоток.

– Надеюсь, Грипхук действительно поможет им, – говорю я, возвращаясь мыслями к сегодняшним событиям. – Соваться в «Гринготтс» без гоблина – это самоубийство. Я как-то там заблудился, так что знаю…

– Заблудился в «Гринготтсе»? С тобой, однако, не соскучишься!

– Ты смеешься, а мне тогда пять лет всего было, – укоризненно замечаю я. – Всем банком меня искали. Грипхук, кстати, и нашел – я был весь в слезах, соплях и на грани истерики. Ты бы обзавидовался, если бы услышал, в каких выражениях он меня отчитывал.