Оглядевшись, я быстро понимаю, где нахожусь. Второй этаж. По коридору налево – туалет Миртл, а справа находится выход на лестницу. Туда я и бросаюсь, решив обдумать все позже, – благо отсюда до кабинета Северуса ближе, чем от того места, где я должен был оказаться.

Северус уже ждет меня с нужными зельями в руках практически на пороге кабинета – как всегда, собранный и сосредоточенный.

– Ты помнишь, как я действовал? – быстро спрашивает он.

Я киваю.

– Хорошо. Тогда слушай внимательно. Выйдя отсюда, ты отправишься к Слагхорну. Я вызову его через несколько минут после твоего ухода – напугаю так, что он даже дверь толком не запрет. Пошарь там как следует. Разбей что-нибудь. Прихвати пару-тройку заживляющих зелий. Потом возвращайся в Выручай-комнату. Понятно?

Я снова киваю.

– Прекрасно. Теперь о главном. Первым делом нужно удалить из ран грязь и по возможности – лишнюю кровь. Затем нанести это зелье, – Северус протягивает мне флакон с серебристым зельем. – Проследи, чтобы все поврежденные участки были обработаны и раны затянулись. Помни, что при этом Корнер должен быть в сознании. Затем зелье должно впитаться. Следи, чтобы он не спал.

– Все это я помню, Северус, – заверяю я.

– Тогда ты должен помнить и второе зелье, – он передает мне еще один флакон, и я невольно вздрагиваю, почти почувствовав непереносимое жжение в давно заживших ранах. – Его нужно нанести после того, как первое зелье впитается.

– А без него никак?

– Нет. Флагелло – это не просто плетка. Оно воздействует на нервную систему. Зелье нейтрализует это воздействие, и если его не использовать, можно остаться инвалидом.

– О!.. Ты не говорил… – потрясенно бормочу я.

– Не хотел пугать, – неохотно признается Северус, дернув плечом.

– Считай, что сейчас напугал, – я нервно усмехаюсь. – Выходит, мне придется это сделать?

– Боюсь, что так. И вот еще, Невилл, – он кладет прохладную ладонь на мою горячую щеку и пристально смотрит в глаза. – Это зелье относится к Темным искусствам.

– Вот как?

– Да. И ты, безусловно, это заметишь. Помни об этом. И о том, что все повреждения должны быть обработаны. Соприкоснувшись с ранами, зелье изменит цвет и начнет пениться. Это сложно не заметить. Справишься?

– Ду-думаю, что с-справлюсь… – запинаясь, бормочу я.

– Уверен, что справишься, – он ерошит мои волосы и едва заметно улыбается. – Затем зелье нужно смыть. После чего дашь ему вот это, – он вручает мне третий флакон. – Он заснет, и будить его нельзя. Организм сам должен определить, сколько времени потребуется на восстановление. По пробуждении ему нужно будет поесть. Но с этим, полагаю, вы с Выручай-комнатой разберетесь и без меня.

– Хорошо, – я нервно сглатываю. – Я… я постараюсь… Сделаю все, что могу…

– У тебя все получится, – твердо говорит Северус и прикасается к моим губам легким поцелуем. – Теперь иди. Нельзя терять время.

Я слабо улыбаюсь ему, вприпрыжку спускаюсь по лестнице, оставляя позади злобную морду горгульи. Сейчас мне ни в коем случае нельзя попасться Кэрроу.

На полпути я едва не сталкиваюсь со Слагхорном, но, к счастью, успеваю нырнуть в соседний коридор. Он проносится мимо меня со скоростью муховертки и напоминает сейчас индюка, который, наконец, осознал, что откармливали его отнюдь не из уважения. Я с трудом сдерживаю нервный смех.

Кабинет заперт, но я без проблем открываю его простой Алохоморой. Н-да, можно сказать, что и не закрывал. Видать, здорово Северус его припугнул. Убедившись, что никого нет, я захожу внутрь и тщательно закрываю за собой дверь.

Недурно, однако! Конечно, золотые диваны Хелли и Рэмси вне конкуренции, но и у Слагхорна все очень и очень шикарно. Резная мебель, бархат, шелка, меха – впору забиться под стол и завыть от такого обилия роскоши в одном помещении средних размеров. У меня дома подобные предметы интерьера равномерно рассредоточены по всем комнатам. Гедонист, чтоб его.

Я открываю ближайший шкаф. Вина. Прелестно. Преимущественно французские, разумеется, самые лучшие. Интересно, он их покупает, или, как Северус, получает от какого-нибудь приятеля? Зная Слагхорна, второе вероятней.

В следующем шкафу я обнаруживаю дорогущий и неприлично вкусный шоколад ручной работы, орехи макадамии, карамболь, купуасу и множество других деликатесов, среди которых непонятным образом затесался банальный засахаренный ананас. Наверное, Слагхорн его просто любит.

С раздражением я захлопываю шкаф. У этого зельевара вообще есть в кабинете какие-нибудь зелья, или он такими глупостями не занимается? Надо было нам с Северусом инсценировать ограбление его собственной лаборатории.

Присмотревшись, я замечаю еще одну дверь в конце кабинета, которая приводит меня в небольшое квадратное помещение, похожее на чулан, где по периметру расставлены стеллажи с зельями и ингредиентами. Ну, наконец-то, муховертку мне в задницу! Так свои зелья спрятал, словно это и не зелья вовсе, а какая-нибудь особо извращенная порнографическая продукция.

Неловко повернувшись, я случайно задеваю локтем один из стеллажей, и несколько флаконов падают, разбиваясь и заливая пол разноцветным содержимым. Прекрасно. Северус, в принципе, мог и не говорить, что разбить что-то нужно, – я и сам прекрасно справился. Я засовываю в карман три флакона с заживляющим зельем и поспешно покидаю этот гедонистский рай. Никогда не пойму людей, которые живут, чтобы есть, а не наоборот.