– Неужели? – я усмехаюсь. Что ж, это вполне похоже на бабушку. Тем более она говорила, что в моем возрасте папа был весьма своенравным. – А за мной ты не присматривала?

– Присматривала, хозяин, пока вы не закончили пятый курс! Но не каждый день.

– Хм. Очень мило. Могла бы в таком случае… Впрочем, это неважно. Скажи, с кем-нибудь из тамошних эльфов ты знакома? – продолжаю я допрос.

– Да, Минси знает, – радостно кивает она. – Минси знает Криспи, Этти, Стокки…

– Постой-постой, – прерываю я, – не надо их перечислять. Знаешь – прекрасно. Так даже лучше.

– Хорошо, хозяин. Что надо делать?

– Ты отправишься в Хогвартс. Встретишься там со своими знакомыми, пообщаешься. Расспросишь их о ситуации в школе – только ненавязчиво, Минси! И ни слова не говори о том, что это я тебя послал! – предупреждаю я. – Если спросят, скажешь, что решила проверить, безопасно ли твоему хозяину возвращаться в школу. Должны проглотить.

– Хорошо, хозяин.

– Главная твоя задача: выяснить, как эльфы относятся ко всей этой ситуации. К Снейпу, к Кэрроу и так далее. После чего… – я осекаюсь, потому что мне в голову внезапно приходит не слишком приятная мысль: – А Снейпа ты знаешь?

– Да, Минси его видела. Он здесь был.

– В этом доме?

– Да, хозяин, – ее огромные серые глаза вдруг наполняются слезами. – Он ужасно поступил, просто ужасно! Но он спасал жизнь вашему деду! Минси не может плохо к нему относиться!

– Ну, успокойся, успокойся, – мягко говорю я. – Мне, в общем-то, не принципиально, как ты к нему относишься. Главное – не попадайся ему на глаза. И остальным преподавателям тоже. Едва ли они способны одного эльфа от другого отличить, но лучше не рисковать. А от Снейпа чего угодно ожидать можно, – мысль об этом заставляет меня болезненно поморщиться.

– Хорошо, Минси может вообще не покидать кухню, – соглашается она.

– Ну, это уж ты сама решишь по обстоятельствам. Лишь бы никто из учителей не понял, что ты в школе. Хорошо бы, конечно, связаться с МакГонагалл, но лучше пока не рисковать. Для начала просто разведай обстановку, ладно?

– Все ясно, хозяин, – Минси вытирает слезы полотенцем. – Хотите, чтобы я отправилась прямо сейчас?

– Да, – киваю я. – Возвращаться будешь, если позовет бабушка, но ей ни о чем не говори. Ко мне придешь через три дня. Договорились?

– Конечно, хозяин. Минси все сделает, – она отвешивает мне церемонный поклон и аппарирует.

Оставшись один, я потираю руки в предвкушении. Скоро я буду знать все, что знают школьные эльфы. Что бы ни затеяла эта банда Пожирателей, я их переиграю. Теперь надо продолжать работу. А спать хочется… Подавив вздох, я выпиваю очередную порцию зелья Бодрости. Будь ты проклят, Снейп!

*

На флакон с зельем цвета морской волны я смотрю почти с нежностью. Честно говоря, я не верил, что оно может мне хоть как-то помочь, но оно помогает! Не могу сказать, что теперь мне совсем не страшно, но уж точно легче, чем раньше.

Когда я принял его первый раз, на успех вообще не надеялся. Уже лежа в постели сделал, как и велел Снейп, небольшой глоток зелья, оказавшегося вопреки моим ожиданиям вовсе не противным – оно приятно холодило язык, оставляя во рту мятный привкус – и лег спать в полной уверенности, что все бесполезно.

Сначала так оно и было. Я опять летел на этом проклятом фестрале. И дул прохладный ветер. И была ночь – безлунная, только звезды слабо мерцали. А потом фестрал, дернувшись, сбросил меня, словно я – пятилетний ребенок, а не здоровый парень, весящий двенадцать с половиной стоунов, если не больше. И все мои нажитые в теплицах Хогвартса стоуны полетели вниз. Жуткое ощущение. Беспомощность. Обреченность. Падал я долго. Я всегда долго падаю. Иногда мне кажется, что это длится несколько часов. Ничего подобного, конечно. Просто время в такие моменты как будто останавливается.

А потом меня вдруг посетило смутное ощущение нереальности происходящего. Такое и в дневное время иногда бывает, если не выспаться накануне. Когда вдруг начинает казаться, что вся окружающая действительность – просто фантазия, галлюцинация, игра воображения. Или сон. Сон… И тогда я вспомнил, что так оно и есть – сон, ну конечно! Я вцепился в эту мысль мертвой хваткой, сосредоточился на ней, но… продолжал падать. И начал злиться. Я твердил себе, что это сон, просто сон! То есть нет, не просто, а мой сон! И в моем сне мне ничто не может угрожать. Ничто. Так не бывает. Никогда.

И вдруг падение прекратилось. Но не потому, что я впечатался в землю, нет! Я просто повис в воздухе, словно… нет, я даже не знаю, с чем это можно сравнить! Это было странно. Осторожно, очень осторожно я выпрямился. Мне даже удалось принять вертикальное положение. Но вниз я посмотрел напрасно. Желудок немедленно подпрыгнул и застрял где-то в горле, дыхание перехватило, ноги лишились опоры и падение возобновилось. Прервать его снова в ту ночь мне так и не удалось, но, проснувшись, я помнил о том, что один раз у меня все-таки получилось.