– Полицейский участок не место для леди.

– Вообще-то это я вам все рассказала, так что не стоит меня отодвигать в сторону. Тем более я хочу разобраться во всем, что произошло в поезде, а вы точно упустите какую-нибудь деталь.

– Нет, и потом ваш дядя мне не простит, если я вас поведу в полицию, да еще для разговора с сумасшедшей убийцей, - МакКин вышел из гостиной.

– А я все равно пойду!
– выкрикнула Полли, горя яростным желанием каким угодно образом оказаться в том самом полицейском участке.

И тут в дверь постучали. А через секунду постучали еще громче и крикнули:

– Откройте, полиция!

Остановившийся в коридоре МакКин удивленно посмотрел на не менее растерявшуюся Полли.

– Кажется, ваше желание сбылось, - сказал он ей.

Наконец, из кухни неспешной походкой пришел дворецкий. Его длинное лицо было как всегда невозмутимо. У двери он словно специально замедлил шаг, еще больше вытянулся и наконец-то открыл дверь.

– Добрый день, - в холл вошел черноусый мужчина в клетчатом пиджаке, а за ним трое полицейских в форме.
– Мистер Рик МакКин, - улыбнулся он Рику.
– Как странно было идти по вашему адресу за подозреваемой.

– Детектив Майкл Тейлор, - кивнул ему МакКин.

– Нам нужно видеть мисс Полли Бригстоун, - сказал детектив, проходя вперед.

– Это я, - Полли вышла из гостиной.

Детектив представился, поздоровался и изучающим взглядом оглядел Полли.

– К сожалению, мисс, вынужден попросить вас проехать со мной в участок.

– Да, конечно, - кивнула Полли.

– О, - удивился детектив, - чудесно, никаких вопросов и возмущений.

– Вопросы будут потом, - сказала ему Полли, - у меня к вам.

Детектив поднял бровь и посмотрел на МакКина, словно прося его разъяснить поведение молодой леди, но МакКин сказал другое:

– Я поеду тоже и не только потому, что мистер Генри Бригстоун, будь он здесь, просил бы меня об этом, я и сам хотел к вам наведаться по делу старушки-убийцы.

Естественно детектив спокойно согласился на это, тем более, как поняла Полли, он и был тем самым знакомым МакКина, о котором Рик до этого упоминал.

Пока Полли надевала шляпку, а МакКин сменял домашний халат на сюртук, Полли слышала, как детектив расспрашивает о ней дворецкого.

Когда Полли подходила к кэбу в сопровождении полицейского, случилось нечто неприятное. Подъехал экипаж и из него выпорхнула Сьюзен. Её счастливая улыбка вмиг сменилась ужасом.

Полли поняла, что Сьюзен вернулась после посещения цветочной лавки, чтобы забрать свою сумочку. "Что ж, - подумала Полли, - кривотолков теперь не избежать". Полли попыталась улыбнуться Сьюзен, но та продолжала таращить глаза, и Полли, выдохнув, проговорила тихо МакКину:

– Хорошо хоть дядя не видит, как меня ведут под конвоем, у него случился бы инфаркт.

В полиции детектив Тейлор пригласил МакКина и Полли в свой кабинет. Тейлор принялся объяснять, по какому поводу её задержали. Как оказалось, Полли привезли сюда лишь потому, что все её блуждания и расспросы в поезде показались проводнику подозрительными, о чем он и сообщил, когда его вызвали повторно как свидетеля. МакКин же в ответ принялся с жаром объяснять, что Полли задержана напрасно, и сам рассказал всю ту историю, что до этого ему рассказала Полли. Детектив иногда прерывал его лаконичными вопросами о времени или о пропавшей даме, на которые, естественно, отвечала Полли.

– Хорошо, - сказал Тейлор, - мы поищем эту Мэри Смит.

Полли достала главное доказательство вины графа - брошь, украшенную изумрудами.

– О-хо-хо, вижу против вас имеются еще более весомые улики. Мы сделали правильно, что задержали вас. У графа на его шейном платке отсутствовала брошь, которую видели некоторые свидетели вплоть до его убийства. Мы её искали, зная, что она может привести к убийце. И тут вы сами приносите её нам!

– Майкл, не будьте дураком, - не выдержал МакКин.

– Осторожней, я могу и позабыть, что мы друзья, - нахмурился капитан.

– Но вы уперлись в свои умозаключения и не желаете воспринимать новых фактов! Полли поработала в поезде лучше, чем ваши ребята, она нашла улики, а вы теперь её записываете чуть ли не в убийцы!

Капитан Тейлор хмуро замолчал. Он принял критику МакКина, как ужасно горькое лекарство, так что ему нужно было еще время, чтобы забыть его вкус. Но, опять продолжив разговор с МакКином, капитан словно позабыл свою обиду.