Полли ожидала ощутить рукой жар огня, но лишь почувствовала сначала рукой, а потом и всем телом неприятное, будто кислое, покалывание на коже. Ступила внутрь круга и на всякий случай стерла ногой начерченную мелом линию.

В радости, что ей ничего не помешало оказаться возле мортрии, Полли схватилась за ведьму, желая оторвать её от королевы. В круг вбежал толстяк и в свою очередь схватил за руки королеву, с тем же намерением, что и Полли.

И в этот же миг чаша, что висела у них над головами, вдруг рухнула, и все кровавое зелье вылилось четверым людям на головы. Королеву и ведьму откинуло друг от друга. А Полли вдруг пронзила невыносимая боль, она рухнула на пол, вопя, кожа ее горела, будто объятая пламенем, толстяк так же с криком свалился рядом, но прошла секунда и боль исчезла.

– Полли, Полли, что с тобой, - взволнованный голос Чарльза был где-то рядом.

Полли подняла голову и увидела самую странную сцену, которая даже в страшном сне не смогла бы ей привидеться. В трех шагах от себя она увидела себя, которая в испуге таращилась на Чарльза, пытавшегося поднять её с пола, и та Полли бормотала:

– Я сам...оставьте меня в покое... да уйдите же...

– Старуха, она уходит!
– крикнул МакКин и кинулся за Мелиссой Морро. Но старуха скользнула в дверь, которая вела в соседнюю комнату, и заперлась на ключ.

– Черт!
– выкрикнул Чарльз и вскочил.
– Зато этой мерзавке точно не сбежать, - он зарычал и кинулся к рыжеволосой ведьме, которая отступала к окну и с ужасом глядела на королеву, которая в это время приходила в себя, отброшенная аж к дивану. Клыки Чарльза сверкнули, и тут Полли почему-то басом завопила:

– Это королева ведьма, королева!!! Обряд свершен! Хватай королеву!

Чарльз остановился, глядя на завопившего толстяка. На лице королевы вдруг заиграла коварная ухмылка, и она закричала:

– Стража, стража!
– королева, пыхтя, кинулась к двери, которая уже трещала под натиском охраны.

Королева открыла дверь и все двадцать или тридцать солдат ввалились в комнату.

И в ту же секунду окно разбилось, и влетели три летучие мыши. Опешившие охранники, поднявшие ружья, замерли. Чарльз же, не теряя ни секунды, крикнул вампирам: "Спасайте всех", тут же превратился в летучую мышь, схватил Полли и кинулся в окно. И только потом Полли услыхала крик королевы:

– Да стреляйте же!

И тут же им вслед раздалась будто сотня выстрелов.

Полли, которую нес Чарльз, уже оказалась далеко от дворца на лужайке. Рядом с нею опустились МакКин, рыжеволосая ведьма и сама Полли во плоти, которая дико кричала:

– Черт побери...святые небеса... помогите, спасите...
– при этом она неистово начала махать руками, будто клоун, изображавший боксирующего человека.

– Мне это уже надоело, - проговорил Чарльз и дунул в ухо ненастоящей Полли. Она тут же присмирела, словно впала в транс.

– Что происходит?
– надменно воскликнула рыжеволосая графиня.
– Как вы смеете!

– Ваше Величество?
– спросил у неё МакКин.

– Вы похитители? Ирландские террористы?
– возмущенно тряхнула головой девушка.

– Что вы, мы пришли спасти вас!
– сказала Полли визгливым тенором. Полли глянула вниз на себя и увидела, что она не в платье, а в брюках, жилетке, и руки у неё ужасно здоровые и волосатые.
– Хотя, кажется, опоздали.

– Вас повесят!
– взвизгнула графиня.

– Боюсь, Ваше Величество, в вашем облике, это вас казнят, - сказала басом Полли.

МакКин вдруг расхохотался, и Чарльз тоже принялся смеяться.

– Надеюсь, это вы не из-за меня?
– нахмурилась Полли.
– Как такое могло произойти?

В кармане Полли, точнее, этого придворного толстяка, нашлось зеркальце, красиво украшенное драгоценными камнями. Полли надивившись на себя, передала зеркальце королеве, та, взвизгнув, чуть не упала в обморок.

– Колдовство!
– всхлипнула она.

– Вот именно, - вздохнула Полли.

– Но как же, я теперь молода и красива?
– совсем тихо проговорила королева.

– А я толстый, напомаженный мужчина, - эхом повторила Полли.

– Барон Лоус, вы - это тоже не вы?
– поняла вдруг королева.

Но Чарльз прервал эти вздохи и сожаления, указав, что от дворца к ним бежит стража.

– Нам лучше отсюда исчезнуть, - сказал Чарльз.

– Эта самозванка еще смеет насылать на меня мою же собственную стражу!
– королева была в гневе.