Вжавшись в нее под мантией невидимкой, они наблюдали, как по коридору прошел завхоз Филч - не слишком приятный человек, а особенно для нарушителей правил. Перед ним, задрав хвост, гордо шествовала его кошка миссис Норрис - жутко худая и жутко вредная. Рядом с их нишей кошка остановилась и стала подозрительно обнюхивать воздух. Мальчишки затаили дыхание. Миссис Норрис повернулась к хозяину и мяукнула с такой интонацией, что создавалось впечатление, будто она с ним разговаривает.

– Что там, моя хорошая?
– проскрипел Филч, приблизившись к их нише.

Кошка тоже приблизилась к ним и, снова понюхав воздух, вдруг, зашипев, отпрыгнула назад. «Почуяла оборотня», - догадался Ремус. Животные часто на него так реагировали. Филч, не понимавший, что так обеспокоило его спутницу, протянул руку. Когда он уже вот-вот должен был их коснуться, Джеймс выдохнул:

– Бежим!
– и, схватив их за руки, рванул прочь от Филча.

– Стоять!
– раздался позади крик завхоза.
– Шпана малолетняя!

Что было сил они неслись по коридору и только мантия развевалась позади. Разбуженные картины провожали их сонными недоуменными взглядами. Заскочив в первую попавшуюся дверь, они привалились к ней спиной и без сил сползли вниз. Пару минут мальчики пытались отдышаться, а потом, посмотрев друг на друга, расхохотались. Все трое. Ремус чувствовал, что между ними уже словно появились невидимые нити, связывающие сердца троих мальчишек. Нити дружбы.

– Ну и куда мы попали?
– первым начал осматриваться Сириус.

Помещение действительно было странное. Явно не класс, но и не чулан. Небольшая комнатка, в которой не было ничего, кроме двух дверей, в одну из которых они влетели.

– Предлагаю посмотреть, куда ведет вторая дверь, - внес предложение Джеймс.

– Вам что мало?
– попытался остановить их Ремус.

– Ну, обратно мы сейчас выйти не можем - Филч наверняка нас еще ищет. Не сидеть же здесь как дураки.

Сириус покивал, соглашаясь с другом. Ремус усмехнулся - авантюристы! Но самое забавное, что в их обществе у всегда спокойного и рассудительного Ремуса тоже просыпалась какая-то авантюрная жилка. Впервые в жизни захотелось пошалить.

За дверью обнаружилась лестница.

– Интересненько!
– хором произнесли Джеймс и Сириус.

Ремус снова усмехнулся - они и мыслят-то одинаково. Чисто близняшки.

Лестница была длинной и крутой, покрытой пылью и паутиной. И когда они уже начали задыхаться, она уперлась в небольшой люк. Который к счастью (или к несчастью, это уж как посмотреть) оказался незапертым. Первым наружу вылез Сириус и замер в проходе.

– Ты чего?
– подтолкнул его Джеймс и, отодвинув друга, замер сам.

Ремус вылез последним и в свою очередь замер. От восторга. Лестница привела их на крышу Хогвартса. Перед ними расстилался школьный двор, на который желтыми пятнами падал свет из окон замка; квиддичное поле, едва различимое в темноте; далеко простиралась черная громада Запретного леса. С другой стороны вдали светился огнями Хогсмид. А над ними… Над ними в темном ночном небе сияли мириады звезд. Если поднять голову, казалось, что ты медленно плывешь в звездном море.

– Вау!
– выразил Джеймс общие эмоции.

Несколько минут они просто молча смотрели на звезды. Восхищенное молчание прервал Сириус:

– Надо исследовать новую территорию, раз уж попали сюда, - в предвкушении приключения глаза у него сияли, что те звезды.

– Точно!
– согласился Джеймс с точно таким же блеском в глазах.

– А если мы отсюда навернемся?
– засомневался Ремус.

– Не навернемся, - беспечно отмахнулись ребята.

По крышам они лазили чуть ли не всю ночь. В итоге вернулись в спальню под утро и как следствие не выспались, опоздали на завтрак и чуть не опоздали на трансфигурацию. Явились они одновременно со звоном колокола - сонные и с синяками под глазами, чем вызвали подозрительный взгляд профессора МакГонагалл. Но все трое были чрезвычайно довольны своим ночным приключением.

* * *

Питер в одиночестве брел по коридору. С той ночи, когда Ремус шастал вместе с Джеймсом и Сириусом неизвестно где до самого утра, он как-то естественно влился в их компанию. Теперь они всегда ходили втроем, после уроков куда-то исчезали, а Питер остался в одиночестве. Теперь он уже не смел ходить за Ремусом, как делал это поначалу. Хоть и сидели они по-прежнему вместе, но Питер был уверен, что мальчишки сели бы втроем, если бы могли поместиться за партой. Но парты были рассчитаны на двоих и Ремус оставался с Питером. Стало еще более обидно: чем этих шумных авантюристов привлек тихоня Ремус, вечно сидящий за очередной книгой? И чем Питер хуже?

Уроки закончились, но возвращаться в гостиную не хотелось. И Питер просто шел, куда глаза глядят. В результате забрел в какую-то незнакомую часть замка и понял, что несколько дезориентирован. По крайней мере, одно было ясно - судя по холоду и темноте - это были подземелья. Что само по себе не слишком хорошо, поскольку подземелья - территория Слизерина.

И это бы еще пол беды. Но не везет - так не везет. Его угораздило нарваться на компанию слизеринцев, из которых только один был первокурсник - Питер помнил его с распределения - двое остальных были старше - курс третий не меньше.