– Раньше ты был ему полезен.

Именно. Был полезен, стал бесполезен… Кроме Нарциссы к нему никто не относился искренне. Малфой знал это и раньше, но раньше это почему-то так не обижало.

– Между вами что-то есть?
– скучающе спросил Люциус не понятно зачем.

Руквуд усмехнулся:

– Между нами - тень прекрасного принца с серебрянными волосами. Парень все еще без ума от тебя, и ни на кого не смотрит.

– Глупости.
– устало отмахнулся Малфой: день был тяжелым, усмешки Руквуда раздражали, а соревноваться в остроумии не хотелось.
– Этим шуткам уже год. Придумай что-нибудь поновей.

– Поновей? Пожалуйста: Снейп сохнет по гриффиндорке, и за это его регулярно лупят дружки девицы. Но ему не впрок: отлежится, и снова воюет.

Люциус заметил, что улыбается.

– Упрямец. Впрочем, что за тему мы выбрали? Расскажи лучше, не покушается ли кто-нибудь на мою прекрасную невесту?

– Даже, если кто-то имел надежды, после твоего появления они растают: кто способен соперничать с солнцем?

Руквуд, похоже, мог трепаться часами, и вскоре Малфой почувствовал, что настроение стало лучше, жизнь не казалась уже такой мрачной и унылой, а проблемы - неразрешимыми. Немного подождав, в надежде, что Снейп все-таки соизволит появиться, Малфой встал и распрощался. Нет так нет. Завтра он пришлет сову с письмом, как обычно.

Малфой шел по пустому темному коридору и услышал быстрые шаги: кто-то догонял его. На всякий случай достав палочку, Малфой обернулся, и из-за поворота на него налетел запыхавшийся Снейп.

– Ой!
– он отпрыгнул назад, выхватывая палочку.

Скорость реакции вызывала уважение, и Малфой поторопился заговорить:

– Это я, тише.

– Простите, сэр.

Северус опустил палочку, а Малфой спрятал свою.

– Вы что-то хотели, или просто спешите?

Люциус не знал, как говорить с повзрослевшим мальчишкой. Раньше он звал его по имени, но не был уверен, что теперь подросток с этим согласится.

– Нет, я догонял вас.

– И чем я могу быть полезен?

Вместо ответа Снейп прислушался, потом схватил Люциуса за рукав и быстро потянул за собой. От неожиданности Малфой позволил втолкнуть себя в какую-то каморку, скрытую висящим на стене гобеленом. Там было темно, и Снейп зажег Люмос. Маленький огонек освещал испуганные глаза с длинными темными ресницами и прикушенную в волнении губу. Люциусу стало неуютно, и он хотел возмутиться, но тонкие пальцы закрыли ему рот.

– Пожалуйста, сэр, тише: там Филч.
– зашептал Северус.

Мальчишка смотрел умоляюще. Люциус медленно кивнул, и рука тут же убралась, оставив на губах легкий запах чернил. Малфой достал палочку, запер заклинанием дверь и наложил заглушающее.

– Так чего ты хотел?
– Люциус не заметил, как вернулся к прежней манере общения. К счастью, мальчишка не возражал.

– Вот.
– Северус вытащил из кармана два пузырька и протянул Малфою.
– я хотел завтра послать, но раз вы здесь…

– А почему не отдал в гостиной?

Северус отвернулся и неопределенно пожал плечами. Похоже, он тоже не знал, как Малфой воспримет его попытки пообщаться. Люциусу стало весело.

– И как твои дела?

– Нормально.

– Настолько нормально, что тебе, как рыцарю, приходится бороться за свою любовь?

Благодушие Люциуса сменилось изумлением: мальчишка вскинулся, как змея. Мотнув головой, он уставился на Люциуса горящими прищуренными глазами, и рука лорда сама потянулась к палочке.

– Не ваше дело!
– прошипел он, сплевывая волосы.

– Конечно, ты прав.
– успокаивающе проговорил Люциус.
– Я был невежлив, извини. У меня сегодня был тяжелый день.

Змееныш слегка успокоился, и сочувственно кивнул:

– Я слышал. Мне жаль вашего отца. Я хотел написать вам, но…

– Спасибо, мальчик. Мне было бы приятно, если бы ты написал мне. Отцу очень помогало твое зелье. В последнее время он только на нем и держался.

– Отчего он умер?

В голосе Северуса слышалась неподдельная тревога. С чего бы это?

– Опухоль.

– Это не… передается по наследству?

Люциус был так удивлен, что надолго замолчал, не зная, как ко всему этому относиться: мальчишка что, боится, что он заразен? Или действительно заботится о нем?

– Почему ты спрашиваешь?

– Ну, у вас же тоже часто болит голова…

Заботится? Не хочет терять заказчика?

– Нет, это не передается никак. У моего деда тоже болела голова, но умер он от старости.

Внезапно Северус присмотрелся, облизал свой палец и провел им над губой Малфоя, словно стирая что-то. Люциус отпрянул, возмущенный и шокированный.

– Что ты себе позволяешь, мальчишка?

Хуже всего было то, что на какое-то мгновение ему показалось… Нет, просто показалось. Внезапно Люциус осознал, что находится в тесной каморке наедине с подростком, кругом темно, и расстояние между ними далеко от понятия «частное пространство». Прекрасно! Где там Филч? Ему останется только застать их здесь, остальное сделают авроры и газеты. И Риддл - интересно, как он воспримет известие о том, что его «любимчик» шарахается от него и развлекается со школьниками? Вот, что ему стоило уйти пораньше? Все это пронеслось в голове у Малфоя, никак не отразившись на высокомерном оскорбленном лице.