– Обычно я нахожусь там, где хочется находиться мне.
– сказал он.

– Неужели ты хочешь уверить меня, что добровольно отказался от места рядом с Лордом?
– усмехнулся Теодор.

– А почему ты думаешь, что я от него отказался?

Они лучезарно улыбались друг другу, и со стороны казалось, что разговаривают два близких приятеля.

– Ах, да, не отказался… Я и забыл! Тебя, Люци, прогнали, как надоевшую наложницу, и заменили более молодой кандидатурой.

– Уже успел наслушаться сплетен, Теодор? Впрочем, ваша семейка всегда была неравнодушна к собиранию слухов. А почему ты не прибавил «и более красивой»?

– Потому, что даже молодой человек не может отрицать, что никого более красивого в этой комнате просто нет.
– Лорд снова подошел неслышно.
– Не так ли, мистер Стоунтон? Ведь лорд Малфой действительно красив?

Люциус замер, бросил печальный взгляд на Волдеморта и опустил ресницы. Ну, Стоунтон, давай, умом ты никогда не отличался, вон, даже сестрица побледнела, а тебе хоть бы что.

– О, да, мой Лорд, Люци всегда был самым красивым мальчиком в школе.

Молодец, Тео!

– Люци?
– переспросил Риддл, - А я думал, что, кроме родственников, никто так его не называет?

Люциус изо всех сил изображал, что сдерживает бешенство, хотя сдерживать приходилось смех.

– Мы знакомы довольно давно, мой Лорд, - продолжал щебетать Теодор, не замечая, как темнеют глаза улыбающегося Риддла, - еще в школе, когда он был совсем юным, я называл его Люци. «Люциус» - слишком длинно, не так ли?

– Наверное, вы правы…«Люциус» - действительно, слишком длинно. Как мне самому не пришло это в голову? Надеюсь, - Лорд обернулся к Люциусу, вынуждая поднять глаза, - когда - нибудь и мне будет позволено так называть вас, лорд Малфой?

– Мой Лорд может называть меня, как ему будет угодно.
– поклонился Люциус и Волдеморт продолжил:

– Но, не буду больше мешать встрече школьных друзей. Вам, верно, есть, что вспомнить?

– О, да! Многое, мой Лорд!
– забил последний гвоздь в свой гроб ничего не замечающий Теодор, и Люциус даже пожалел его.

Риддл отошел от них.

– Вы сделали сейчас огромную ошибку, мистер Стоунтон.
– заметил слышавший все Руквуд.
– Прежде чем действовать, нужно было изучить обстановку, а прежде чем говорить - немного подумать… Здравствуйте, лорд Малфой.

Он вполне почтительно поклонился, удивляя Теодора.

– Здравствуйте, Август.
– все-таки улыбнулся Малфой, убедившись, что Лорда отвлекли.
– Рад видеть вас.

– Какую ошибку?
– забеспокоился Стоунтон и Руквуд посоветовал ему:

– Походите по залу, поговорите с людьми, задайте правильные вопросы, а потом делайте выводы. Впрочем, теперь вам вряд ли станут отвечать. Ваша сестра, кажется, умнее, пусть попробует она. Должны же вы знать, что свалится вам на голову и чем вы это заслужили…

Оставив рыжее семейство в недоумении, Малфой с Руквудом отошли от них.

– И когда же вы успели «изучить обстановку»?
– поинтересовался Малфой.

– Прежде чем прийти сюда, я побеседовал с некоторыми людьми… Не люблю кидаться в омут, не выяснив что к чему.

– Выяснили?

– Вполне.

– Тогда, почему вы здесь?

– А почему вы здесь, лорд Малфой?
– Руквуд серьезно посмотрел на него.
– Полагаю, у каждого из нас были причины так поступить. Мои - не интересны вам, а ваши - не касаются меня. Тем не менее, мы теперь в одной лодке.

– И вам не противно находиться в одной лодке со мной?

– Ваша светлость, вы всегда были умны. Полагаю, все, что вы делаете, имеет цель. А средства вы вольны выбирать по своему вкусу. Не стану навязывать вам свое общество, если вы этого не хотите, я лишь хотел напомнить: я все еще ваш должник.

– Я благодарен вам за лестное мнение обо мне, в последнее время это редкость. Что же касается моего общества - оно может оказаться небезопасным для вас. Мне бы не хотелось, чтобы Лорд имел причины для недовольства.

– Благодарю за заботу, лорд Малфой. Я буду иметь это ввиду. Впрочем, если желаете - мое давнее предложение все еще в силе.

– Нравится рисковать, Август?
– покачал головой удивленный Малфой.

– Так же как и вам, Люциус… И не один Лорд считает вас самым красивым мужчиной в этом зале, а я всегда был неравнодушен к красоте.